Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 29 – Антонио Морале, Ник Росс

Немудрено: казавшееся таким близким избавление обернулось для парочки приговором. Я упустила эту деталь из виду, не было у меня времени думать о последствиях. Рано или поздно псевдокрысы просадили бы защиту, и тогда пиши пропало. Укол ядовитым шипом, укус острых, как бритвы, зубов, да любая царапина привела бы графиню к погибели. О полковнике не думала. Сдох Максим, да и хер с ним. Не я такая сука, а сучий мир вокруг! Не вижу смысла сопли на кулак мотать и морализмом мозг напрягать. Случись выбирать между графиней и полковником, мой выбор однозначен и очевиден.

— А какая следующая плохая новость? — удручённо выдавила Лопухина.

— Сейчас и проверим, но уверена на девяносто девять процентов, что не сработает, а если и сработает, то, скорее всего, вышвырнет в той же точке, откуда сюда угодили. Смекаешь, что это значит? Твоё нежное тело разорвут на части, неспешно выгрызая требуху. Крысюки уважают потрошки. Заметила, с каким удовольствием мутанты пожирают собратьев?

Графиня икнула, но взор её стал твёрже, чего я и добивалась. Полковнику так вообще было насрать на угнетающее положение вещей. Более флегматичного человека не встречала на своём пути. Шорохов тут же вырос в моих глазах сразу на пару пунктов. Настоящий мужик! Не ропщет, не задаёт ненужных вопросов, жуёт спичку, как бычок сено, и в хер не тарахтит. Уважаю!

— Умеешь ты приободрить, княжна. Я прям прониклась! Ну, давай свой эксперимент. Не выйдет, так упьёмся перед концом. Есть у меня настойка одна, пью по капле, коли совсем невмочь становится. Слушай, Оль, а сколько килограммов вмещается в твоё пространственное хранилище? В мой фамильный перстень только лишь косметичка помещалась, а ты всё достаёшь и достаёшь припасы, будто иллюзионист кролика из шляпы. Неужто так далеко шагнул магический прогресс за два десятка лет?

Что тут скажешь? Не говорить же всю правду, ограничусь полуправдой.

— Килограмм пятьсот, не больше, и не спрашивай, откуда взяла, всё равно не скажу. От бабки по наследству перепало. Что за настойка такая? Небось из мочи всратой хтони выгнала? — осведомилась для проформы, чтобы съехать со скользкой темы. Пить в любом случае не собиралась. Претит мне алкоголь, насмотрелась по юности на папашу-сидельца.

— Почему сразу моча? Перебродивший кал анчутки. Зверёк местный, безвредный, если дорогу не переходить, а коли перешла, то быть беде: костьми ляжет, но под монастырь подведёт.

Кто бы сомневался в эксклюзивности ингредиентов, это же Императорский разлом, всё лучшее сталкерам!

— А сушёным дерьмом анчутки ты бормотуху не заедала? — поинтересовалась для того, чтобы услышать утвердительный ответ. Чего ещё ждать от одичалой графини, питавшейся на протяжении долгих лет паразитами?

Вытащив котомку Лопухиной из хранилища, вручила скарб из рук в руки, а сама, отдалившись метров на двадцать, активировала иноходца.

Аномалия возникла, как и предполагалось, только на этот раз она была матово-белой, а по поверхности гуляла подозрительная рябь. Подобрав небольшой камешек, швырнула в центр червоточины. Хлопок — и в лицо полетела мелкая шрапнель. Худой признак: наступи в эдакий аннигилятор материи — и твои полномочия всё. Может, только на неодушевлённые объекты зеркало действует похожим образом?

Предложила Скорпу принять участие в эксперименте, но тот, решительно отказавшись, швырнул под ноги крысиный рудимент. Отчего бы и нет? Чем мёртвая плоть отличается от живой? Температурой, разумеется. Подогрев сырой силой облезлый хвост, забросила словно удочку в аномальное образование. Вместо трофейного зазеркального карпа вытащила измочаленный огрызок плоти. На себе ставить опыты не стала: и так понятно, что ничего путного из этого не выйдет. Попробовала, как в прошлый раз, загладить поверхность плёнки силой воли, помноженной на вливание энного количества единиц магической энергии. Зря пыжилась: получив обратный эффект, на той жопе и села. Червоточина пошла волнами и схлопнулась, обдав меня поднятой пылью с ног до головы. Почесав макушку, виновато взглянула на девушку. Самое время упиться в мясо фекальной брагой. Графиня с полковником уже приступили, пожалуй, и я примкну к компашке горемык. Помяну сподвижников. Хоть и живы ещё, но недолго им осталось разломное небо коптить.