Книга Демонические байки ч.1, страница 17 – Антонио Морале

— Да все! Все знают, что вы ведьма. — немного смутился Вовочка. — То как вы одеваетесь, как вас боятся другие учителя, даже директор, как вы уметете вот так зыркнуть, что аж холодок по спине и мурашки, как заманиваете детей к себе домой…

— Вот детей я точно не заманивала никогда! — учительница закинула ногу на ногу и задумчиво сунула кончик шариковой ручки в свой красивый ротик, обхватив его алыми губками. — Что мне с ними делать?

— Есть… Наверное… В суп, или в кашу там… — неуверенно нахмурился Вовочка.

— Говна слишком много в детях, чтобы их в суп кидать. — хмыкнула Марья Ивановна. — Да и курочка повкуснее будет. Ведьмы такой хернёй не занимаются. Прости, не сдержалась.

— Да ничего, отец и не так может сказануть. — хмыкнул Вовочка и нахмурился. — А чем тогда ведьмы занимаются?

— Да много чем. Но ты ещё мал об этом знать.

— Ага! — победно выкрикнул Владимир, словно раскрыл мировой заговор. — Значит, всё-таки вы — ведьма?! Не врут люди!

— Значит, ведьма. — Не стала спорить учительница со своим бестолковым учеником. — Открою тебе секрет, Григорьев — все женщины ведьмы в той или иной степени.

— Ну да, конечно! — ухмыльнулся Вова.

— Ладно, всё — иди уже. Жду отца ровно в семь вечера. Не забудь!

— Забудешь тут… — мальчик недовольно посопел, закинул свой тяжёлый рюкзак за спину, тяжело вздохнул и двинулся в сторону выхода. Уже в дверях обернулся, и с надеждой в голосе спросил: — Может всё-таки мать? Она не так сильно бить меня будет.

— Н-н-н-нет. — помотала головой Марья Ивановна. — С нашими новыми законами приходится подстраиваться под мораль общества. Нет, пусть отец приходит. — Учительница тяжело вздохнула. — С мамой я бы тоже пообщалась, но не в наше смутное время…

— Мне влетит от него.

— Да не ной! Никто не будет тебя бить и наказывать! Я попрошу.

— Ага! Попросит она… — недоверчиво хмыкнул Вова, еще раз вздохнул и хлопнул за собой дверью…

* * *

Ровно в семь, в дверь кабинета Марьи Ивановны уверенно постучали.

— Входите!

— Я это… — просунулась голова мужчины в образовавшуюся щель. — Отец Григорьева. Вызывали?

— Вызывала. — вздохнула Марья Ивановна, окидывая мужчину оценивающим взглядом. — заходите, отец Григорьева.

— Михаил… Михаил Николаевич я. — представился мужчина, просочившись в кабинет и прикрыв за собой дверь.

— Приятно познакомиться, Михаил. Присаживайтесь. — Марья кивнула на одинокий стул посреди кабинета, дождалась, пока отец её ученика усядется, встала со своего места и прошлась по кабинету, собираясь с мыслями.

— А вы всегда так ходите? И при детях тоже? — сразу ринулся в атаку папашка. — Кожаное платье и… Это не очень этично!

Мужчина деликатно (хоть деликатность была совсем не свойственной чертой его характера) не стал упоминать слишком короткое платье и чересчур откровенное декольте, из которого почти вываливалась белоснежная налитая грудь. Если пристально присмотреться, можно даже было разглядеть голубые венки под тонкой полупрозрачной кожей девушки.

— Нет. При детях я так не хожу. — Марья облокотилась о свой рабочий стол, не стесняясь, внимательно рассматривая или оценивая своего собеседника. — Но рабочий день закончился три часа назад, а детей в школе уже нет. Так что могу себе позволить. Если вас что-то не устраивает, можете подать официальную жалобу директору.