Книга Его (с)нежная девочка, страница 57 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Шале было двухэтажным. На первом этаже размещалась огромная гостиная. Она же и занимала львиную долю пространства на этом этаже. С панорамными окнами во всю стену и видом на заснеженные горы. Альпы во всей своей красе.

В гостиной стоял камин, гигантских размеров плазма, кофейный столик и большой и мягкий светло-коричневый диван с подушками. К гостиной также примыкала кухня, отделенная барной стойкой из темного дерева. Вообще здесь все было под дерево: темное, светлое, красное и еще не пойми какое. Дорого и максимально экологично, что вполне логично. Чуть дальше по коридору были две гостевые спальни, совершенно пустые, две гостевых ванны, подсобка, где и хранился весь, теперь мой, инвентарь и кладовая, которая оказалась сплошь забита банками, склянками, консервами и крупами, словно это все были стратегически важные запасы. Я даже нашла здесь холодильник с алкоголем и морозильники с мясом и овощами. Интересно, для чего это?

Но, пожалуй, самой впечатлившей меня была веранда. С обратной от входа стороны была массивная деревянная дверь, за которой пряталась большая, огражденная деревянными перилами площадка с деревянной качелей и… джакузи. На улице. Посреди снежных сугробов. Джакузи! От шока я отходила еще долго.

Вот она: роскошная жизнь.

Второй этаж занимали еще две гостевые спальни, из чего я сделала вывод, что эти шале обычно бронируют и занимают большими семьями и компаниями. А также домашний кинотеатр, что-то вроде просторного кабинета с письменным столом и книжными полками, и конечно, хозяйская спальня с шикарной ванной комнатой. С огромного размера кроватью и не менее потрясающим, чем в гостиной, видом из окна. Та самая спальня, из которой я утром сбегала.

Неловко, однако. И волнительно. Я торопливо возвращаюсь в гостиную, хватая тряпки.

В общем, права была Джессика: это не дома, а мечта. Шале  светлое, просторное, и уютное, даже несмотря на свои размеры. Везде витает легкий аромат мужчины, временного хозяина дома. Его парфюма или геля для душа, не знаю, я в этом не мастак. Смешивающийся с запахом дома, пахнущего хвоей. Я буквально представила, как красиво бы смотрелась в углу гостиной пышная новогодняя ель и как перемигивались бы гирлянды на окнах. Но сильно сомневаюсь, что Дамир соберется ставить елку.

Такие, как он, вообще равнодушны к праздникам. Ну, насколько мои скудный опыт позволяет судить. Как показала практика с Тимом, я очень скверно разбираюсь в людях.

— Ладно, хватит глазеть, Ева, – ругаю сама себя. – Пора заняться делом.

И занимаюсь, совершенно потеряв счет времени.

Конечно, в час я не уложилась, мне понадобилось чуть больше двух. И это с учетом того, что дом был почти в идеальной чистоте. Одному тут сложно сильно намусорить. А судя по неразобранной мужской дорожной сумке, брошенной на полу в хозяйской спальне, Дамир только недавно приехал.

Тут я снова подумала: это надо же, а! Я просто фантастически “везучая”. Не мог он приехать на день позже. Я бы тогда, может, не совершила самую большую глупость в своей жизни. Но что уж теперь? Если кто и виноват, так это я.

Смахнув пыль и помыв полы, начистила сантехнику до блеска и занялась одеждой хозяина дома. В мои обязанности входила и стирка, и сушка вещей. Поэтому заведя машинку, а потом, разгружая ее, я задержала взгляд на черной мужской футболке, а в голове промелькнуло размытое воспоминание вчерашнего вечера. Что-то с ней вчера было связано, это точно! Я даже пальчики сжала сильнее на хлопковой ткани, приятно пахнущей кондиционером для белья. Но воспоминание “пробежало” и оставило только легкий “шлейф”, когда ты понимаешь, что что-то помнишь, а “что”? Загадка.