Книга Его (с)нежная девочка, страница 40 – Алекс Коваль, Анна Мишина

А за этой самой стойкой стоит администратор. Молоденькая рыжеволосая девушка в форменном платье отеля, которая встречает меня приветливой улыбкой. Тимура, что удивительно, здесь я не увидел. Опять от работы отлынивает, гаденыш?

— Добрый вечер, у вас забронирован номер? – улыбается девчонка, судя по бейджику на рубашке, Лаура.

— Добрый вечер, Лаура. Позовите-ка мне своего управляющего.

— Эм… – заливает щеки девушки густой румянец. – Что-то случилось? Может, я все-таки могу вам чем то помочь?

— Боюсь, кроме Эриксона, мне никто не поможет! – говорю тоном, не терпящим возражений, и добавляю совсем шугнувшее девчонку, – я жду.

Секунда, и ее как ветром сдуло. Стоило-то всего свести хмурые брови на переносице и включить тон гендиректора.

Еще в столице я принял решение отдыхать здесь инкогнито. Естественно, сыночку я просто жажду объявить о своем присутствии, но другому персоналу и отдыхающим знать, кто я такой, думаю, не стоит. Веселее будет.

— Дамир Таирович? – выруливает откуда-то сбоку седовласый мужичок в клетчатом костюме, по возрасту ближе к годам моего отца. Судя по всему, это и есть тот самый Эрик Эриксон, которого за два года владения акциями я так ни разу в лицо и не видел.

— Он самый. Мистер Эриксон? – протягивает руку управляющий, которую я пожимаю.

— Именно. Рад с вами познакомиться, мистер Абашев. Как добрались?

— Спасибо, хорошо. Далековато же вы забрались.

— Зато тишина и покой отдыхающим обеспечен. Вы готовы заселиться?

— Если можно.

— Конечно, ваше шале уже с утра ждет вашего прибытия, – кивает Эриксон. – Лаура, будьте добры, подайте ключи от первого домика! – оборачивается к девушке, у которой от удивления вытягивается лицо, и которая смотрит на меня во все глаза. Которые, не ровен час, выкатятся. С чего бы это?

— Лаура! – прикрикивает на девчонку Эриксон, и та, словно приходя в себя, суетливо рыщет по ящикам в поисках ключа от моей временной обители.

А вот эта ерунда мне не нравится. Не люблю, когда персонал буквально в рот заглядывает гостям. Чувства это вызывает не самые приятные.

— Простите, Дамир Таирович, – говорит Эриксон, уже когда выходим и направляемся в сторону моего охеренно уединенного шале. Хотел тишину и покой? Получи, распишись, Абашев. Пешком пятнадцать минут до ближайшего проявления “жизни”.

— И часто у вас так обслуга зависает?

— Нет, они все вышколены и обычно не позволяют себе лишних проявлений эмоций. А сейчас смена подходит к концу, день сегодня был сумасшедший. Туристы стекаются отовсюду. Да еще и час назад началась вечеринка для персонала. Мысленно все наши уже там, – тараторит мужичок, проводя меня какими-то лесными тропами.

— Вечеринка для персонала?

— Новогодняя, да. Это уже традиция. Не желаете присоединиться?

— Не большой любитель вечеринок. Лучше скажите мне, как у вас тут обстоят дела с моим оболтусом?

— Ну, как вам сказать, – вздыхает Эриксон, подводя меня к одному из домов. Шале роскошное, ничего не попишешь. Еще и размером, как дворец. Может, и его расположение в отдалении не так уж и плохо.

— Как есть, мистер Эриксон, – отвечаю, скрежеща зубами. Чую, мне не понравится услышанное.

— Более-менее спокойно.

— Это как?

— Так, что работать Тимур Дамирович по-прежнему не особо настроен. Если бы не эта его Лина, которая вчера и сегодня утром буквально заставила парня выйти на работу, не представляю, что бы мы делали.