Книга Его (с)нежная девочка, страница 2 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Ника, мы в самолете не одни, – осаждаю девушку, когда собачка на брюках уже поползла вниз, а ладошка девушки уже пробирается под резинку боксеров, смело сжимая возбужденную плоть, выбивая из груди тихий стон. Шустрая, однако.

— Ой, да брось, тебе же не пятнадцать, чтобы смущаться, – улыбается Вероника и обхватывает второй рукой меня за шею. Прижимаясь торчащими под платьем сосками и выдыхая, соблазнительно проводит своим острым язычком по моей губе.

— Вот именно, – приходится стиснуть зубы, когда провокаторша начинает умелые движение рукой, и собрать всю свою силу воли в кулак, прикусывая девушку за подбородок и отстраняя от себя. – Мне не пятнадцать, чтобы зажиматься при любой возможности и творить безумства! – перехватываю тонкое запястье, вытаскивая ладошку из своих штанов и подталкивая любовницу обратно в сторону своего кресла.

— Ты серьезно? – тут же меняется тон разговора.

— Более чем.

— Какой ты скучный, Абашев, – сквасила мордашку Вероника, но послушно слезла с моих колен. – Правильный до ужаса, – дергает подол платья Ника, поправляя.

— Какой есть! – бросаю недовольно и привожу себя обратно в приличный вид. Хотя все еще гудящий от возбуждения дружок и не прочь бы продолжить начатое девушкой. Но нет, черт, мы же не кролики.

— И все-таки я надеялась на более долгий отпуск, Абашев, – спустя пару минут тишины кудахчет любовница, все еще дуя губы. – Мы и так слишком редко куда-то выбираемся.

Женщины, что же с вами так сложно-то, а?

— Ты прекрасно знаешь, что это не от меня зависит.

— Два дня. Два! Я даже не успела загореть, Дамир!

Зато вынести мне мозг у нее было предостаточно времени.

— Я тебя с собой в Москву не тащил, – говорю, параллельно быстро набирая СМС бывшей. – Отель был оплачен на все две недели вперед. Ты могла остаться, но сама приняла решение полететь со мной, так и какого… ты мне сейчас заливаешь, Ника?

— То есть тебе совершенно плевать, что там было пол-отеля богатых, симпатичных и холостых мужиков, Абашев?

— Ремень! – снова появляется в салоне эта надоедливая стюардесса. Да, черт побери, пристегнуться же надо.

— Дамир!

— Ты вольна делать все, что тебе заблагорассудится, Вероника.

— Вот ни капли не ревнуешь?

Игнор. Иногда это самый верный способ заставить женщину замолчать. Что я и пытаюсь провернуть. Но Вероника была бы не Вероника, если бы не продолжила наседать все в той же пискляво-визжащей тональности:

— Нет, ты серьезно? Я ради тебя стараюсь, Абашев, между прочим. Ради нас. А ты даже две недели не можешь мне уделить.

— Ты что от меня сейчас хочешь услышать? – не выдерживаю, в конце концов, и срываюсь на рык, оборачиваясь.

Вот в чем преимущества частных рейсов. Мало того, что у тебя есть связь, так еще и возможность гаркнуть в нужный момент, так, чтобы не перепугать с добрую сотню “попутчиков”. Максимум, кто нервно подпрыгнул, это та самая стюардесса, имя которой за время полета я даже не удосужился узнать. Да, вот такой я козел. Но привычки заглядываться на всякую проходящую мимо юбку не имею. Воспитание не то, да и возраст уже тоже. Еще пару лет, и сорокет разменяю.

— Элементарное спасибо хотя бы. За то, что не осталась, а поехала с тобой! Для поддержки, – задирает нос Вероника. Ну, допустим, пока что скорее для проверки моей выдержки, чем для поддержки.