Книга Его (с)нежная девочка, страница 134 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— И как все прошло? – подставила мне миску с салатом снежинкам.

— Плохо. Его родители, а в особенности отец – мой дед – категорически запретил жениться на моей матери. Был серьезный скандал. Девушка, еще и из простой семьи, из “чужаков”, как любил дед выражаться, он поставил отцу ультиматум: либо бизнес, деньги, и роскошная жизнь у него под крылом, либо… моя мать.

— Но как так можно?! – вздохнула Ева. – Это же родной сын!

— Вот и я такого не понимаю. И они не понимали. Это был удар по обоим. Я на самом деле не представляю, какой шок испытали оба влюбленные. Такой отпор, – вздохнул, приседая на табурет, откладывая нож и сцепив руки в замок.

— И что же было потом? – забеспокоилась нетерпеха. – Они же любили друг друга!

— Да, и я живое доказательство их любви, – улыбнулся, щелкая малышку по носу. – Лето закончилось, и мама уехала обратно в Москву, у нее был первый курс универа, и дома ждали родители. Ей пришлось уехать. Но у отца хватило смелости бороться за свое счастье. Он, как думаю, ты уже поняла, вместо сытной жизни выбрал любовь, разорвал отношения со своими родителями и следующим же поездом помчался за своей любимой. Без денег, без связей в незнакомом городе, лишившись по сути всего, он приобрел намного больше, Ева. Дальше началось непростое время, он сам пробивался в люди, а мать помогала, чем могла, была его поддержкой и опорой. Отец крутился, как мог, и за свои годы он сколотил и поставил на ноги такой бизнес, что капиталы деда превышает в десятки, а то и сотни раз. И ни разу за всю жизнь он не пожалел о принятом решении. Так что, – тяну, задумчиво поглядывая на снежинку, – окрыленный любовью мужчина способен на немыслимые подвиги, – заканчиваю свой рассказ, а у самого на душе разливается невероятное тепло. Пожалуй, только сейчас я в полной мере понял фразу отца о том, что, когда он встретил Наденьку, за его спиной выросли крылья. Как бы ванильно это не звучало из уст мужика, но это суровая реальность. Когда рядом “та”, ты можешь горы свернуть.

— Я бы очень хотела познакомиться с твоими родителями, – нарушает тишину Ева и, тут же сообразив, что сказала, смотрит на меня, испуганно хлопая глазками.

— Поверь, я бы тоже этого очень хотел. Кто знает, – пожимаю плечами. Думаю, мама бы точно не отказалась узнать снежинку поближе, и даже более того, уверен, две самые главные женщины в моей жизни нашли бы общий язык.

— Конечно, это печально, что вот так с родителями вышло, но они же помирились, наверное, когда появился ты? – сводит свои бровки в возмущении. – Все-таки внук, родная кровиночка.

— Нет, деда, к сожалению, уже нет в живых, но с нашей семьей те не хотели знаться. И я, и моя мать были есть и будем для них “чужаками”, так что, – вздыхаю, поднимаясь на ноги. – Но это дела прошлых лет, а я предпочитаю жить настоящим. И руководствоваться примером своих родителей, – подвожу итог.

— Печально это все на самом деле, – замечает Ева и тоже снова приступает к готовке. Но немного погодя все же возвращается к разговору, задав очень важный для меня вопрос:

— А твои родители не были бы против, если бы ты… встречался с девушкой намного младше тебя и если бы она была тебе совершенно не по статусу? – спрашивает снежинка, но так и не оборачивается, будто боится, что я ее сейчас отругаю. А хочется. Сколько раз я ей говорил, что все эта ерунда про “положение, социальный статус и пропасть” – бред?