Книга Его (с)нежная девочка, страница 128 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Я жду.

— Эх, Ева-Ева, я разбит и подавлен, – нарочито обиженно говорит мужчина, но протестовать не решается, забирает ноутбук, мобильник и уходит в гостиную, напоследок еще пару раз оглянувшись, как бы спрашивая взглядом: “не передумала, снежинка?”. И я с трудом давлю в себе желание его остановить. Я решительна и непреклонна. Вот.

Заставляю себя взяться уже наконец-таки за готовку. Часики тикают, завтрак сам себя не приготовит.

Пока замешиваю все на сырники и хожу в кладовку за изюмом, Дамир, поднявшись наверх, меняет домашние штаны на джинсы с футболкой и включает… музыку?

Неожиданно.

Оказывается, в этом шале есть еще и стереоустановка, из колонок которой льются приятные звуки мелодии, кажется, что-то из девяностых или восьмидесятых? Точно не помню. Никогда поклонницей музыки того времени не была, да и редко где слышала, но сейчас мелодия отвлекла и с легкостью завлекла прямиком в свои ненавязчивые сети. Гитара мелодичным звучанием увела мои мысли в блаженное “ничегонедумание”, и я не заметила, как, действуя на чистом автомате, начала слегка приплясывать под сменяющие друг друга песни, кружа по кухне, как какая-то феечка из мультика, и мурча себе под нос известную мелодию. А потом так же совершенно случайно закружилась и влетела прямиком в объятия к Дамиру, который, подкравшись со спины, сцапал себе в руки и с улыбкой закружил в танце.

Сказать, что сердце зашлось, ничего не сказать. Оно плясало вместе со мной. С ним. С нами. Это была не медленная романтичная мелодия, а зажигательная песня, под которую мы с мужчиной хохотали, как два безумца, кружась по всей большой гостиной и напрочь позабыв о том, что где-то там на плите уже обуглилась первая партия моих фирменных сырничков.

Шаг. Поворот. Я снова прижата к каменному мужскому телу. Взмах руки, и Дам заставляет прогнуться в спине, заботливо поддерживая и не позволяя мне свалиться.

Земля уходит из-под ног, а глаза закрываются, впитывая весь до остатка момент.

Новый виток музыки и новый шаг.

Еще кружок вокруг себя, и мужчина, подхватив меня за талию, поднимает на руки, отрывая мои ноги от земли и кружа вокруг своей оси, заставляя тихонько хохотать, вцепившись в его шею.

Два абсолютных безумца! Совершенных.

Посмотри со стороны, решили бы, что мы навеселе или пьяны. Но если мы и одурманены, то совсем не алкоголем, а чем-то другим. Особенным. Волшебным. Тем, что в сердце уже не умещается и рвется наружу. Счастьем. Легкостью. Свободой. И… друг другом. Пьяны друг от друга!

И как-то совершенно неожиданно с очередным падением в плен сильных мужских рук в голове простреливает старое, странное и избитое выражение: пьяный от любви. От любви...

Любовь.

Могла ли я влюбиться? Вот так вот: быстро, стремительно, решительно и окончательно? Возможно ли за такой короткий срок открыть свою душу и сердце совершенно незнакомому человеку? Мужчине, при взгляде на которого внутри столько чувств, столько желаний и столько надежд. Рядом с которым душа по-настоящему поет, и хочется взмыть ввысь. Рядом с которым не страшно! С ним не боишься выставить себя неопытной или глупой дурочкой. Рядом с ним все естество трепещет, а волоски дыбом встают не то что от легких касаний красивых рук, а даже от одного только взгляда черных глаз. Мужчина, рядом с которым я как фитиль… поднеси спичку – и рванет. Возможно ли, что это и есть любовь? Когда обычные будни превращаются в праздник, а реальная жизнь в сказку, где ты та самая принцесса, а он твой долгожданный принц. Возможно ли…? И как скоро и каким болезненным потом будет падение с седьмого неба, на которое я так неосмотрительно взлетела?