Книга Несносный босс или курс выживания для миллиардера, страница 102 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Две жирные полоски.

Я прислоняюсь спиной к стене и сползаю по ней вниз. Вот так да. Подстава. Котов и тут постарался и оказался первым.

Да нет, это, скорее всего, неправильный и бракованный тест.

Я обуваюсь в кроссовки, накидываю куртку и снова бегу в ближайшую аптеку, покупая штук десять разных производителей. Нет. Не верю в то, что такое возможно!

Ночь встречаю на полу своей спальни в обнимку с подушкой, а вокруг раскиданы все купленные и использованные тесты. Полосатые тесты. Все до единого. Один, правда, не хотел сразу показывать результат, и я уж было понадеялась на него, но и он ополосатился, гад такой.

Сижу реву, как дурочка. Это что же значит? Я беременна? У меня будет котенок? Тьфу ты, маленький Котов? И снова впадаю в истерику. И не уверена, я что плачу от горя, а не от счастья. Хотела же малыша. Вот получай. Котов – прекрасный вариант. Хорошие гены. Так что малыш у нас получится самым-самым. И может быть, все не так уж и плохо? Теперь я точно буду не одна...

Так. Стоп.

А увольнение?

Теперь-то уж точно я не могу остаться работать в “МедиаКорп”! Теперь нарисовалась беременность, о которой Котов не должен знать. Он мне ничего не должен. И я… я ему ничего не должна!

Да и не хочу я, чтобы работники считали, будто пользуюсь своим положением.

Так что уйду и спокойненько найду новую, менее нервную работу. Любые известные компании, знающие меня не понаслышке, заберут с руками и ногами. Тем более, и в положении я могу работать по удаленке. Так что все решено! Да. И желательно поторопиться и устроиться на новое место, пока не сильно видно животик.

Живот…

Новый виток истерики не заставил себя ждать. И теперь пол просто залило ниагарским водопадом моих слез. Опять непонятно, от счастья или с горя.

Я скоро стану мамой!

Какая, твою бабушку, галочка?!

Дверь за ней закрывается, а я еще, как истукан, стою и пялюсь в одну точку.

Она что, решила, будто я… будто мы... она просто “очередная”? Что за бред! Только слепой бы не увидел, с какой адской силой меня к ней тянет. Мне кажется, уже заметили это все еще до нашей поездки в эти гребаные Кедрушки! Весь офис то и дело шепчется у нас за спиной, я просто удачно гаркал, пресекая всякие шепотки, а она… нет, серьезно? Я ей чуть в любви не признался в вечер “перемирия”, а Полина? Аристова на утро даже не вспомнила о том, что я ей тогда говорил! А теперь заявилась и выдала такое.

Вот же упрямая ослица!

И появляется ужасное желание догнать. Зажать где-нибудь в углу и наорать. Что она о себе возомнила?

А обо мне?

Сама зажимается с этим Сотниковым, изводит меня своими сногсшибательными костюмами и облегающими юбками, а я значит, ее использовал?

Ну, Аристова!

Еще сегодня утром, когда наконец-то увидел ее в своем кабинете, думал, что уволю. Одна часть меня была готова пищать от радости и восторга, что она здесь. Снова рядом. Снова со мной. Моя! А вторая… вторая услужливо подкидывала мне информацию о том, где и с кем она провела отпуск. Я не совсем дебил! И проверил после приезда, Сотников так и не вернулся в столицу. А это значит…

Из последних сил держал лицо, руки и язык, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. Думал, взорвусь, ненавидел себя за тот шок и растерянность, что видел в ее невероятных, любимых глазах, когда с беспристрастной маской на лице выдавал указания. Она жалась, робела, краснела и волновалась. Совершенно другая, совершенно не моя Полина.