Книга С тобой по краю, страница 93 – Анна Мишина

Но стоит подумать, как ощущаю резкое торможение и легкий удар в корму этого вездехода.

— Приехали, – бубнит Костя и выходит из машины.

Так, кажется, быстро сегодня уже точно не получится. Ни дела переделать, ни домой вернуться. Ни-че-го. Пока гайцы приедут, пока протокол… а сегодня пятница, пробки. Еще минуту медлю и решаю выйти, посмотреть, как сильно к нам припечатались.

— Кость, что там, серьезно? – спрашиваю, обхожу машину.

Небольшая легковая иномарка въехала в наш бампер. Нам-то ничего, а вот машине виновника… Перевожу взгляд на девушку у машины, потом на водилу и…

Не верю собственным глазам. Замираю. Уставляюсь как идиот, наверное. Сердце где-то за грудиной болезненно сжалось.

— Паша? – все еще не верю, что это она.

Девчонка… да какая девчонка? Девушка чуть качнула головой. Взрослее, она определенно стала взрослее, лицо чуть похудело, глаза стали выразительнее.

— Паш? – шагаю в ее сторону. Мне пиздец как хочется ее коснуться. Понять, что это она, что это не моя фантазия.

Но она мотает головой, отступая.

— Вы знакомы? – влезает Костя.

— Обознались, – выдает она охрипшим голосом и сбегает самым натуральным образом.

Садится в машину и, вырулив, газует с места аварии. От меня. Снова сбегает.

— Ахренеть! – ругается водитель, дергаясь за ней.

— Ага, ты еще рвани на своих двоих, – усмехаюсь невесело.

Внутри пустыня. Выжженная дотла пустыня. Сам постарался, теперь и пожинаю плоды.

— Не, вы видели? Она сбежала, – разводит руками.

— Видел, – киваю. В голове жуткое желание ее догнать. Но…

— И чего мы стоим? – спрашивает.

— А ты предлагаешь напугать девчонку погоней? – сам не понимаю, как внутри все закипает.

— Нет, конечно, – неуверенно пожимает плечами.

— Ты номера запомнил? – спрашиваю, все еще не до конца понимая, что делать.

— Ага, – кивает.

— Ну и отлично. Пробей. Чья тачка, регистрация… Ну ты знаешь, – разворачиваюсь и, сделав шаг, водитель останавливает.

— А как же менты, я же вызвал.

— Отзвонись, сними вызов. Скажи, что на месте разобрались, – отвечаю и сажусь в машину.

— Вы ее знаете? – ныряет в салон авто Костя, сделав пару звонков.

— Знаю, Костя, знаю, – сдавливаю виски пальцами. Башка вот-вот разорвется. – Поехали уже, хоть к субботе бы вернуться, – вздыхаю, стараясь перетерпеть головную боль.

А сам прокручиваю произошедшее.

Пашка! Блять! Сбежала. Ее взгляд был красноречивее слов. Удивление? Боль? Страх? Там такая адская смесь горела в ее взгляде, сдохнуть можно. В груди все заледенело, а потом треснуло и осыпалось.

Как мне было хреново, когда она ушла. Да, я сам хотел этого, но до последнего не думал, что я сломаюсь. Сломаюсь, признавая свое поражение. Себе же. Мудак просто.

– Можно ли влюбиться в собственную жену? – в тот раз спросил Гаранина.

На что он лаконично ответил:

– Со свидетельством о разводе она вам уже не жена. Поздновато, Натан Максимович, опомнились, – хмыкнул, качнул головой и оставил меня одного в кабинете.

Он разочарован в моем решении. И это демонстрирует.

А я так и просидел в кресле за столом, пялясь на эту уродскую бумажку. Сам же хотел от девчонки избавиться и у меня получилось. Но какой ценой?

Адский декабрь. Вспомнить страшно. Да и нет желания. Я еле выбрался. Невозможно представить, как она пережила это время. Не берусь даже предполагать. Ее признание надо мной висело долго. С ума сводило. Но успокоил себя лишь тем, что это неправда. Ведь ушла.