Книга С тобой по краю, страница 128 – Анна Мишина

Набираю Артема.

— Да, – отвечает быстро. – Что там у вас? Все гуд?

— Гуд, Артем, гуд, – отвечаю. – Скажи мне, есть вероятность, что удастся узнать, кто и откуда отправлял сообщения в мессенджер. Правда, срок давности приличный.

— Поясни…

Через полчаса приезжает Гаранин. Паша удивленно на него смотрит. Но Аришка очень даже рада его видеть.

— Поужинаешь с нами? – спрашивает его Паша.

Артем готов отказаться, зыркнув в мою сторону.

— Конечно, – отвечаю за него. – Милая, накрой пока на стол, хорошо? Мы обговорим пару рабочих деталей, – целую ее в висок.

В кабинете я показываю телефон Паши. Артем тут признается, что она раз спрашивала его как раз про первое фото, про заказчика. И он тогда ее успокоил. Да и забыл про это. И вот это все потянулось цепочкой друг за другом.

Артем набирает нашего СБэшника. Обещает привезти телефон через пару часов.

Затем рассказываю про появление Милены.

— Я почему-то так и думал, что она от тебя так не отступится, – хмыкает Гаранин. – Стажировка, значит, не остудила ее. Может, снова обратиться к Владимиру?

— Да уже. Позвонил, объяснил ситуацию. Да он и сам понял, что что-то происходит с его дочуркой, – качаю головой. – Я не знаю, что он там собирается с ней делать, мне срать. Но я пообещал, если хоть одна слезинка прольется из-за его дочери, я определю ее в психушку или посажу, – потираю переносицу.

— Есть у меня ощущение, что это все связано, – говорит Артем, – звонки и Милена.

— Да я тоже подумал. Но пусть проверят. Если да, то заяву смело можно катать. Надеюсь, это немного поубавит пыл избалованной девки.

Ужинаем все вместе. Артем треплется. Аришка с него глаз не спускает и улыбается, завороженно разглядывая.

— Арин, – наклоняюсь к дочери. – Нет, этот дядя слишком взрослый для тебя. Когда тебе будет восемнадцать, ему будет за пятьдесят. Он будет старым и сморщенным, – смеюсь.

— Посмотрю я на тебя в полтос, – смеется Арт.

— Честно, я даже боюсь представить, что со мной будет, когда у нее начнут появляться ухажеры. Куплю себе дробовик, – вздыхаю.

Когда Артем уезжает и обещает завтра мне доложить о том, что удастся узнать, Паша набирает ванну. Сегодня Аришку будем купать вместе, в четыре руки.

Девчонка сегодня отрывается по полной. Брызги, визг и хохот стоят на всю ванную. Мы с Пашей на коленях перед ней. Мокрые полностью. И счастливые. Кажется, напряжение между нами исчезло. Паша то и дело на меня смотрит с улыбкой.

Отпускаю девушку в душ, сам решаюсь уложить дочь спать. Девчонка долго глазеет на меня. Да, папка рядом и это непривычно. Но постепенно закрывает глазки и засыпает. Целую ее в кончик носика и, взяв радио-няню, выхожу из комнаты, прикрыв дверь.

В душе выключается вода. Ставлю радио-няню на столик и подхожу к двери ванной. Жду. У самого сердце лупит и пульс зашкаливает. Больше нет сил ждать. Замок на двери щелкает и стоит ей сделать шаг, как я тут же перехватываю, прижимаю к себе. Охает.

— Тише, – шепчу ей на ушко. А сам тащусь от ее запаха.

— Я мокрая, Натан, – начинает брыкаться, но я все ее попытки пресекаю.

Все тело сводит от бешеного желания. А на ней одно только полотенце.

— Ничего, – хмыкаю, а сам вожу носом по ее щеке.

— Ты намокнешь, – ее голос срывается на шепот.

— Не страшно, – отвечаю.

Просто дышу ею. Касаюсь ее кожи, носом, губами. Она склонила голову набок, подставляя шею моим губам, и я не заставляю долго себя ждать. Целую, жадно. Кусаю, зализываю. Слышу, как срывается ее вздох. Сердце сходит с ума. Ее руки забираются под мою футболку. Ласкают, оцарапывают. Подхватываю ее под бедра, усаживаю на себя и несу в спальню. Все, дорогая моя, хода назад нет и не будет.