Книга Его дерзкая девочка, страница 15 – Алекс Коваль, Анна Мишина

С горем пополам мы садимся в машину, и я тут же жму по газам, увозя нас от места ДТП как можно дальше. Виляю переулками и дворами, чтобы ни в коем случае не засветить свою белоснежку на камерах видеонаблюдения. И только когда оказываемся чуть ли не на другом конце города, бросаю взгляд на притихшего парня, откинувшего голову на подголовник, и понимаю, что ему все-таки надо в больницу. Проверить, может, у него сотряс. Он так и держится за рану руками, а по лбу так и течет кровь, капая на щеку, которую тот через раз трет рукавом кофты.

— На! — достаю из бардачка тряпку, которая завалялась здесь с доисторических времен, — держи, — пихаю ему в руки. Не хватало еще, чтобы он мне тут весь белый кожаный салон заляпал своей голубой аристократической кровью. — В больничку тебе надо бы, — смотрю на него с отвращением, понимая, что удивительно, но впервые в жизни от вида крови мне становится так дурно. — Ужасно выглядишь.

Ответом мне служит тишина.

В больнице попадаем к травматологу. По пути до перевязочной у Тимура звонит телефон, и он не думая передает его мне. Молча. Ни слова не сказав.

Приплыли. Нашел личного водителя-секретаря. «А за кофе не сбегать?» — так и хочется выпалить, но убитый вид парня заставляет прикусить свой острый язычок и молча проводить его фигуру взглядом.

— Алло, — отвечаю, замечая имя звонящего, обозначенного как Киса.

Фыркаю в трубку. Больше чем уверена, что этот экземпляр даже имени той блонди не помнит.

— Где Тимурчик? — пыхтит эта «кошечка».

Тимурчик? Фу же, ну! Хочется ей рот с мылом прополоскать. А вообще не сказать, чтобы дамочка была очень рада услышать в трубке меня.

— В перевязочной твой Тимурчик, раны штопает, — говорю и называю номер больницы, где мы сейчас находимся. Частная клиника, попавшаяся по дороге.

— Ладно.

Прохладно.

Я сбрасываю вызов и сажусь на кушетку в коридоре, пребывая в непонимании, что мне делать и какого черта я до сих пор здесь? Я помогла? Помогла. Все, с меня хватит. Сейчас сдам бедолагу из своих рук в лапки «кисы» и можно будет с чистой совестью ехать домой. А то что-то сегодня денек выдался эмоциональный. Ноги подкашиваются, и в глазах темнеет, будто это я черепушкой стукнулась, а не Абашев младший.

Однако блонди не сильно торопится, а Тимура там, похоже, обвязывают как мумию с ног до головы.

Проходит десять минут, двадцать, когда стрелка подбирается к часу ночи, я сдаюсь. И только уже решаю свалить по-тихому, когда до слуха доносится цокот каблуков по каменному полу больницы.

— Где он? С ним все в порядке? — пищит девушка буквально с ходу.

— На пере… — не успеваю договорить, как из кабинета появляется виновник «торжества» с перебинтованной головой и пластырем с разноцветными птичками на брови. О, черт, прям мачо-мен! Смешок сдержать не получилось. За что и получила контрольный в голову от Абашева.

— Тим, ты попал на бабки, ты в курсе? — тут же налетает на него девица. Ух ты, понимает? По-видимому, там все же мозгов чуть больше, чем «ничего».

— Без тебя знаю, — рычит парень, забирая у меня свой мобильник.

— Знаешь? А то, что Кучер из тебя кишки вытрясет, знаешь?

— Ты мне сюда приперлась нотации читать? Если да, то можешь валить. Ты свое уже отработала. Деньги получила, и все остальное тоже.

Воу-ч! Присвистнула я и тихонько бочком отошла от этой парочки подальше, старательно отводя взгляд, привалившись плечом к стене. Надо же, МЫЛОдрама какая разворачивается на моих глазах.