Книга Чистый кайф, страница 45 – Анна Мишина

— Ника, ну хоть ты меня поддержи. Чувствую себя не совсем в своей тарелке, когда твой муж, а по совместительству еще и мой лучший друг начинает так надо мной издеваться, — обнимаю девушку и легко чмокаю в щечку.

— Ну а что я могу? — пожимает плечами.

— Предатели, — фыркаю я, под звонкий смех друзей.

Вскоре приезжают Артем с Аленой. Вот еще одна пара для подражания. Их глаза так и светятся любовью.

Если вдруг, вы засомневаетесь в существовании подобных чувств, посмотрите на эти три пары. Прекрасные влюбленные три пары. Я тут как белая ворона. Но лишь тепло этой семьи дарит заряд положительных мыслей и эмоций.

— Такое чувство, что не все, — верчу головой по сторонам и не пойму, кого не хватает.

— Артемка играет с соседскими ребятами на площадке за домом, — поясняет Ника.

— А Верочка не смогла приехать, заболела, — подает голос Василиса.

При упоминании Веры, образ ее подруги тут же всплывает в голове.

— Что-то серьезное? — настороженно интересуюсь я, так как непонятное чувство волнения вдруг закрадывается в душу.

— Скорее всего, ангина, девчонки накануне переели мороженого. А так, я очень их ждала и думаю, девочки бы приехали, — предполагает хозяйка дома.

— Подруга тоже с ангиной? — решаюсь уточнить, переводя в шутку.

— А вот про Машеньку то я и не узнала, — вдруг подскакивает со стула женщина и хватается за телефон.

Вот какое мне дело должно быть до девчонки? Да ни какого. Но я, почему то сам начинаю нервничать. Она там может, болеет, а я так по свински поступил.

Нет, Рома, прекращай развивать панику. Это не в твоем стиле. И с каких это пор во мне вдруг начинает говорить совесть? Я вообще сомневался в ее наличии у себя.

За столом ведется непринужденная беседа. А я что-то налегаю на еду.

— А вот появилась бы невеста, не кидался бы как голодный на домашние деликатесы, — усмехается Давид Маркович, шутки все в мою сторону.

— Давид Маркович, — решаю за себя заступиться. — Вы вот, во сколько женились? — мужчина хмурит брови.

— Я, Ромаш, в свое время наворотил дел. И женился на этой прекрасной женщине, когда сорванцу Марку было уже почти одиннадцать. Это все глупость-молодость, — сетует мужчина, своим рассказом цепляя что-то у меня в груди. — Посмотри на Марка, он счастлив. Хоть сын своим характером не совсем в меня пошел, характер Васи смягчил. Верочка, а вот тут я даже боюсь представить, что нас ждет. Эта упертая девочка с цепкими ручками возьмет в оборот любого, как мне кажется, — посмеивается мужчина. — И свое явно не захочет отпустить. Так что у всех все по своему, но если есть возможность, как говорится, подстелить соломки, лучше так и сделать, прислушаться совета. Ты главное слушай его, — прикладывает руку к груди. — Оно не обманет, — усмехается, ловя мой взгляд. — Ты не подумай, что я со старостью стал сентиментальным. Я был на грани жизни и смерти, понял что такое, когда у тебя не ходят ноги и тело в принципе не твое. Когда ты жил в ритме работы, любимого дела, а потом становишься не профпригодным ни для своего бизнеса, ни для родни. Я осознал счастье. Поверил в любовь.

— Я вас услышал, Давид Маркович, — еле слышно выходит у меня, и утыкаюсь взглядом в тарелку.

Ни один разговор еще не пронимал меня так, как этот, аж до самых костей.

— Не кисни, если любит, все поймет и простит. Главное самому больше не косячить. Ты же знаешь, их терпение не резиновое, — смеется по-доброму и с нежностью смотрит на жену.