Онлайн книга «Сага о Вечных»
|
— У тебя не будет сына… Дева. Ты ждешь дочь. Та украсит своды медового зала своим пением. В детстве гибель ее не ждет, она сумеет пережить и это лето, и следующую зиму. Нить уже тянется, норны начинают плетение. – Вскинув взгляд на рабыню, Ульв устало улыбнулся. – Со дня на день придет твой срок знакомить ее с этим миром… Хлопок заставил вздрогнуть и его, и расслабившихся женщин. Один, за ним другой и третий. Хлопающий в ладони ярл за спиной удовлетворенно расхохотался. Празднуя радостную весть, воздел кубок с медовухой повыше, молча поблагодарив Ульва, а затем сделал большой глоток. — Боги услышали мои мольбы, Ульв из Сваррвика. Они меня услышали! Поднимаясь на ноги, тот согласно кивнул. Склонил голову на один бок, на другой, разминая шею, а затем с тоской скользнул по двери рассеянным взглядом. Он не подчинялся ярлу, не жил на его земле, но уход без дозволения был бы почти равносилен брошенному вызову. Ликует Бедвар или нет – правила следовало соблюдать. А тот вновь приглашающе похлопал по дубовой столешнице, заставляя сесть. Рабыни уже срезали с кабана на вертеле новые куски парящего мяса и опустили их в широкую миску перед правителем. — Они проживут долгую жизнь и унаследуют мои богатства? — Я не провидец, этого я сказать не могу… С сомнением цокнув языком, Бедвар усмехнулся в бороду, откусил еще один кусок от холодной лосятины, небрежно швыряя кость под стол. Внизу послышались возня и возмущенное перетявкивание – псы делили дар хозяина. — Я всегда был добр к тебе, Ульв из Сваррвика, не теряй моего расположения, не лукавь. Какой муж в этом селе сумеет сказать, голодной станет надвигающаяся зима или нет? Какой почует жизнь в чреве женщины до того, как живот ее округлится или она явит ребенка миру? Не ходи окольными тропами, не гневи ни меня, ни возложивших на тебя великое бремя богов. Викинг равнодушно пожал плечами, подцепил пышущий жаром кусок с общей тарелки и впился в него зубами. На язык брызнул алый сок, по уголку губы скатилась капля жира, которую он небрежно подобрал большим пальцем и с удовольствием облизал его. — Я вижу лишь то, что позволяют мне узреть боги. Ни больше, ни меньше. Я не волен заглядывать в пряжу норн, не вижу всех поворотов чужой судьбы. Я не безумец, чтобы так бесстыдно лгать тебе, ярл Бедвар. Свой вопрос ты волен задать настоящему провидцу в третий день Мидсаммера. Как и должно. Бедвар нахмурился. Взял свежее мясо из новой тарелки и тут же поспешно бросил его обратно, с изумлением проследив путь руки Ульва с обжигающим, скворчащим куском до рта. Вцепившись в свинину зубами, тот жадно рванул в сторону, проглотил, почти не жуя. Сколько же дней они гребли, забывая о воде и пище?.. Вытирая жирные пальцы, Бедвар откинулся назад, глотнул из кубка, и Ульв отстраненно подумал, что к концу их беседы ярла придется тащить до ложа за руки – тот был слаб к выпивке, но в удовольствии себе никогда не отказывал. — В этом году я не поеду на Мидсаммер. Ты сам сказал: вскоре должны разродиться мои женщины, и я… — Ты не хочешь делить добычу. Не хочешь, чтобы молодой конунг узнал о золоте. Ярл запнулся, с грохотом опустился на стол опустевший сосуд. И… Смолчал. Сжал зубы так, что на скулах под пышной бородой выделились желваки. Почти стер зубы в крошево. А бросивший на пол кость Ульв знал, отчего ему эту дерзость простят. Он понимающе осклабился: |