Онлайн книга «Сага о Вечных»
|
Все это: мрак, обгладывающая душу тревога и животный ужас заставили замереть. Вот он, великий правитель, ведущий за собой народ. Широко распахнутый глаз с ужасом наблюдал за тем, как тонкие бесцветные губы растягиваются в абсолютно счастливой улыбке, обнажая загнутые назад крупные клыки. Железная ведьма и правда была высокой. Но тонкой, казалось, ее вытянутое, похожее на человеческое тело просто росло неправильно… Слишком ясно угадывалась каждая косточка под пепельной кожей, и где-то на границе разума вяло встрепенулась полудохлая, такая же тонкая мысль, что тварь попросту не сумеет одержать верх, Торстейн должен справиться. А затем ведьма пошла к нему. Она не бежала, пригибаясь к земле, хохоча и улюлюкая. Нет. Она шагала в его сторону неспеша, так и не разжав пальцы, вцепившиеся в кисть трупа. Слишком ярко в тумане горел браслет. Следом за ней тянулась черная дорожка крови, на кочках отрывались и оставались за ее спиной кусочки плоти. Когда начали выворачиваться ребра и посыпались зубы, хрустя о камни, Торстейн почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он почти поверил, что бегство его не спасет, лишь отсрочит миг ужасной смерти. С каким же трудом он заставил собственные ноги двигаться… Казалось бы, ускорься, запутай тропы, но ей помогал сам лес. Там, где железные иглы елей оставляли длинные царапины на его броне, впивались в кожу и не пропускали, там, где корни ныряли под стопы, а затем вздымались дугой, заставляя падать на колени, перед нею расступалась самая непролазная чаща. Должно быть, ему помог Всеотец, не иначе. С трудом оторвавшись и укрывшись за валуном, Торстейн испуганно ударил кулаком по собственной груди, словно это могло утихомирить гулко колотящееся сердце. Она не видела его, не слышала. А ее голос морозом впивался в жилы. — Где же ты, кусочек солнца? Согрей меня, я расскажу тебе напоследок сказку-у-у… Голос шел не из ее горла, за нее говорил весь лес. Вибрировала земля, осыпались шляпки с поганых грибов, выл ветер. Сколько ударов сердца он просидел, зажмурившись, словно трусливый мальчишка? С такой смертью он не хотел встречаться лицом к лицу. Она рыскала рядом, не оставляя попыток выманить его, увещевала, обещала и угрожала. Пока не привлекла внимание другой твари. Спустя вечность ужаса ее голос оборвался, перешел на свирепый рев. Послышались звуки сражения. Не привычные звонкие удары мечей о топоры, не гулкие, от встречающихся щитов. Нет, казалось, между собой перетирают с визгливым звуком ржавое железо. И тогда Торстейн отважился выглянуть. Похоже, сегодня боги смотрели в его сторону, сын Одина застал внутрилесную разборку. Две железные девы неспешно кружили друг вокруг друга, тихо о чем-то разговаривая, клацая зубами и делая выпады. И ему бы сбежать, улизнуть, пока никто не услышит его шагов. А Торстейн ждал. Возвращая себе трезвый ум, шумно вдыхал и выдыхал приоткрытым ртом, выглядывая из-за валуна. Отсчитывал удары собственного сердца. Раз, два, три. Они сцепились, вгрызаясь друг в друга, полетели клочья волос и брызги крови. Четыре, пять, шесть. Преследовавшая его ведьма упала на колени, выскользнула из-под удара длинных когтей и вцепилась зубами в то место, где у другой должна была быть голень. Семь, восемь, девять. Ее противница ударила наотмашь, выдираясь из хватки зубов, оставляя в них кусок мяса и падая. Десять, одиннадцать, двенадцать. Барахтаясь в зловонном трупном мессиве – похоже, прошлую добычу ведьма так и таскала за собой по лесу, – они пытались достать друг друга когтями и зубами… Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять. Противница оказалась сильнее, «знакомая» Торстейна забулькала под ней, захлебываясь черной вязкой кровью. |