Книга В розовом-розовом замке…, страница 45 – Маруся Хмельная, Светлана Машкина

Это были самые лучшие, самые счастливые три года в жизни Фантома. Но однажды зимой старик не проснулся. Хозяин сначала разрешил Фантому остаться до весны и начала бродячего сезона, но потом решил выгнать: весна оказалась затяжная, лето дождливое, люди приходили на представление неохотно и почти не бросали в шапку денег, зачем ему кормить лишний рот? И выгнал бы, если бы Фантома не купила Эбонита.

Когда хозяин объявил, что Фантом уходит с этой госпожой, Фантом забился в угол кибитки. Страшная женщина, вся, от макушки до пяток закутанная в чёрное, приоткрыла лицо. Обычное женское лицо с высоким лбом, широким бровями вразлёт, серыми глазами и курносым носом. Из-под чёрной повязки выбилась русая прядь волос, на молочно-белых щеках — здоровый яркий румянец.

— Чего ты испугался? — спросила она приятным нежным голосом. — Пойдём со мной, мальчик, тебе понравится мой дом.

Она окинула взглядом кибитку: грязное тряпьё в углу, клетки медведя и собак, их миски с засохшими грязными крошками.

Сморщила нос:

— Во всяком случае, лучше чем здесь.

Фантом плотнее прижался в угол — он ей не верил. Не верил и боялся.

— Или идёшь с благородной госпожой, или убираешься отсюда на все четыре стороны, — хмуро предупредил хозяин.

Старика больше нет и некому его защитить. Спрятать за спину, пожалеть, погладить по голове, успокоить. Какая разница, зачем он понадобился женщине? Наверное, ей нужен работник, убирать за скотиной, чистить двор, топить печь. Фантом встал и покорно покинул кибитку.

Они шли пешком до окраины города. Стало совсем темно, когда женщина остановилась, неожиданно звонко свистнула и щёлкнула пальцами. Из кустов вылетела метла. Ведьма!

Ведьма повернулась к Фантому, криво усмехнулась — он вздрогнул. Теперь у неё было совсем другое лицо, узкое, вытянутое. Низкий лоб, раскосые, жёлтые, с поперечными, как у кошки, зрачками, глаза, длинный нос, иссиня-чёрные гладкие волосы, хриплый голос.

— Меня зовут Эбонита. Кто я, ты уже понял.

Фантом попытался сдержать нервную дрожь и нечаянно прикусил кончик языка — от страха зубы стучали друг о друга. Эбонита усмехнулась, присела на метлу.

— Не трясись, я не собираюсь тебя похищать. Я предлагаю тебе стать моим фамильяром.

— К-к-ем? — с трудом выговорил короткое слово Фантом.

— Фамильяром, — повторила Эбонита. — В человеческом обличье ты мне не нужен, но если согласишься, ты будешь самым сильным, ловким, хитрым и хищным зверем, какого только можно придумать.

Он прожил человеком больше десятка лет… Каждый следующий день несёт новые боль и унижение.

Вернуться в город? Никто не впустит его в свой дом, не возьмёт на работу — для этого достаточно здоровых и сильных.

Опять воровать и просить милостыню, тащиться от села к селу, спать тайком в чужом сарае, глухо стонать от боли в ноге и урчания в пустом желудке, бояться, что утром хозяин обнаружит незваного гостя и погонит его криком и палкой? Никто и никогда не пожалеет его, не обнимет за плечи, ласково не проведёт рукой по волосам. Не спросит, как прошёл его день, что снилось ему ночью. Не похвалит за чисто отстиранную рубаху, не обрадуется его хорошей памяти и светлой голове.

О чём ему сожалеть? Об одиночестве среди людей? Об этом безобразном больном и перекошенном теле? Фантом согласился.