Книга Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!, страница 71 – Маруся Хмельная

Я призадумалась. Теория гнома имела право на существование. Но и не обязательно одно вытекало из другого.

— Не факт, Мегакрут, не факт, — покачала я головой. — В том и дело, что Люся из другого мира. И ее магия может иметь свои особенности. И именно эта особенность привлекла василисуша. Это совсем не значит, что она фея. Она может иметь отношение к природе, но не обязательно быть феей. Неужели бы у нас ее не опознали? И почему артефакт тогда определил ее на менталистику? По идее, она должна тогда стать магом жизни. Да и сама Люся хотела быть лекарем. Что-то тут не сходится.

— Феи тоже разные бывают. Вспомни, феи благословений и проклятий тоже бывают. А чем это не ментадистика?

— Не знаю, Мегакрут. Но если Люся — фея, чему я буду очень рада, почему ты думаешь, что это ставит крест на ваших отношениях? Это же Люся. Наша Люся. Она не изменилась от этого.

— Теперь этот эльф посмотрит на нее другими глазами, — вздохнул горько Мегакрут. — Одно дело — неизвестная науке попаданка, человечка с непонятным потенциалом. Другое дело — первая и единственная в нашем мире фея. Он ведь ее раньше и за человека-то не считал. Смотрел как на насекомое какое-то. А она… во все глаза на него… взгляда не сводит…

Мегакрут всхлипнул, плечи его вздрогнули от новых рыданий.

— Ведь люба она мне, Фейка, так люба!.. Я дышать без нее не могу, жизнь не в радость, если не увижу, не улыбнется она мне. Весь мир теперь только в ней…

Он судорожно всхлипнул, а я тяжело вздохнула. Что тут скажешь?

— А ведь как стараюсь, усе для нее готов сделать. Заботу проявляю… а она раздражается, я же вижу… — снова вздохнул гном. — А он ей слово процедит — и она уже светится, порхает… вот точно, фея она, послушай мои слова…

Озадаченная, я еще немного поутешала гнома и отправилась дальше. Шла к мальчикам, но по пути встретила бабулю с ректором. Бабушка выглядела странно, ректор, впрочем, тоже. Бабушка была ошарашенной, словно ее что-то сильно удивило или напугало, а ректор хмурым и взволнованным.

— Ба… ой, Дельмильтель, ты еще не ушла? Что-то случилось? Вы как-то выглядите… странно.

— Нет, все в порядке. — Бабушка сразу нацепила на себя непроницаемую маску. — Знаешь, Досифея, я была не права сегодня. Ты у нас умница и сама знаешь, что делать. Я тебе полностью доверяю. Хорошего праздника, моя дорогая.

Бабушка чмокнула меня в макушку и поспешила уйти, переглядываясь с ректором. Им не терпелось остаться вдвоем и что-то обсудить. Ну и ладно.

— Досифея, а ты куда шла? — обернулся вдруг ректор с подозрительным взглядом.

— К брату, — ответила я и честными глазами посмотрела на феникса.

— К брату — это хорошо. Но если вдруг решишь навестить своего куратора дира Ашшура-шакин-шуми — мало ли, с праздником поздравить или еще за какой надобностью, — то сейчас не стоит.

— Почему? — сразу встревожилась я.

— Он отдыхает. У него была тревожная, бессонная ночь, и ему нужен отдых. Сейчас он спит. Увидитесь завтра. Ну или вечером. — Феникс тяжело вздохнул, о чем-то подумав и выразительно переглянувшись с Дельмильтель. — Вряд ли вы оба пропустите праздник влюбленных.

Я зарделась. Неужели уже и ректор знает о нашей тайне? Хотя, скорее всего, да. Я вспомнила момент появления дракона в академии, как Ашшур требовал кураторства надо мной и попросил на минуту выйти. А потом ректор кидал на меня странные взгляды и говорил об убедительных аргументах. Наверное, он знал уже тогда. Ну и ладно. Странно, что бабушка промолчала. Даже ободряюще мне улыбнулась. Хоть и грустно. Что происходит? Она вдруг передумала и решила, что дракон мне пара? Вот чудеса богини! Ладно, потом выясню, не при ректоре.