Книга Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!, страница 39 – Маруся Хмельная

Василисуш испуганно заверещал и прикрыл мордочку лапками, мол, что за наговоры. Вот же хитрюшка. Люся тотчас погладила его защитным жестом. Заметив это, эльф сказал:

— Не обольщайтесь. Когда он примет облик медведя или волка, мало вам не покажется.

— Ой! — вскрикнула Люся и подозрительно покосилась на геккона.

Но тот сделал самую умильную обиженную мордаху, а потом и вовсе обнял Люсю лапками, прижавшись. И та сразу растаяла.

— Думаю, мы найдем общий язык, правда, Эххе? — ласково сказала Люся.

Эльф снисходительно хмыкнул и строго погрозил пальцем василисушу:

— До первого раза!

Тот обиженно отвернулся, уткнувшись наглой мордахой в Люсину шею, отчего та захихикала.

— А плеваться он больше не будет? — опасливо спросила Алеора.

— Нет, если попаданка будет периодически сцеживать его слюну. Что даст ей хороший заработок, и не придется больше продавать свечи, — показал свою осведомленность несносный эльф и нехотя, через силу процедил: — Я потом вас научу, как это делать.

Люся покраснела, расцвела, глупо заулыбалась. У эльфа дрогнула щека, и он поспешил уйти.

После его ухода мы снова уныло обозрели последствия появления василисуша. Одна Люся была довольной. И сам василисуш.

— Да уж, сходила Люся за свечкой, — сказала она, рассматривая геккона.

Да, я сходила за тхэром, Люся за свечкой, осталось Алеоре за чем-нибудь сходить, и тогда можно считать, что в комнате собрались полные единомышленники. По духу и способностям находить приключений на пятую точку.

— И как же такая лапулька наделала столько дел, а? — ласково пожурила Люся василисуша.

Тот, словно смущаясь и выражая раскаяние, прикрыл мордочку лапками.

Алеора полезла в шкаф, вынимая оттуда вещь за вещью. Все они были в цветных пятнах.

— А туда он как добрался? — простонала Алеора.

Она много внимания уделяла внешнему виду и нарядам, поэтому очень расстроилась. Впрочем, я тоже была не в восторге. Нам скоро на ужин идти. И никакая иллюзия не поможет.

— Ну хотя бы мышей ты можешь выпустить, — заметила я, найдя положительное в нашей ситуации.

Так на ужин мы и поперлись. В цветных пятнах на коже, волосах и одежде и с аквариумом, кишащем мышами, в руках. Вызывая безудержный смех и восторг у встреченных студентов. В нас тыкали пальцем, указывали рукой и гоготали так, что воздух вздрагивал и расходился волнами.

Мы сходили на улицу, выпустили радостно попискивающих мышей и пошли в столовую.

Вероника, которую мы встретили по пути, пройдя мимо, довольно заметила:

— Красавица.

И они с Глецием противно захихикали. Ну и пусть, ну и ладно, насупилась я. Подумаешь.

Но когда мы подошли к нашему столику и на лицах парней сначала выступило удивление, переросшее в сдерживаемый смех, а потом эти дураки и вовсе захохотали, я обиделась не на шутку.

— Очень смешно, — проворчала я, присаживаясь.

— Богиня, вы что, с василисушем повстречались? Кто вас так? — пошутил Васим.

Кантор, единственный, кто постарался сдержать улыбку при виде нашей разноцветной компании, переглянулся со мной.

— Повстречались, — буркнула я. — Как видишь.

— Что, серьезно?! — тут же отреагировал брат вспыхнувшим огнем любопытства в глазах. — Да когда вы все успеваете? И без меня?!

— Без нас! — поправил его Эйдан.

Так как все смотрели на меня, я ядовито ответила: