Книга Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!, страница 130 – Маруся Хмельная

Я демонстративно тяжело вздохнула. Обратилась мысленно к Ашшуру:

«Ты всегда будешь таким ревнивым?»

«Всегда, — отрезал Ашшур. — Но со временем научусь сдерживаться. Сейчас наша связь только закрепляется, поэтому это надо просто пережить».

«Ладно», — сказала я и прильнула к избранному, чувствуя его раздражение. Ашшур сразу успокоился и повеселел.

«Ты знаешь, как меня успокоить, — поддел он меня. — Нахожу все больше и больше плюсов в нашей связи. А ты все мои желания будешь предугадывать, Фей? — жарко и игриво шепнул он на ушко. — Почувствуй, чего я сейчас хочу больше всего?»

Я тут же вспыхнула от смущения, но взяла себя в руки, иначе с Ашшуром я буду постоянно ходить как маков цвет.

«Об этом я могу догадаться и без связи избранных. О чем еще может думать Ашер-ящер? Твоя слава темпераментного дракона бежала впереди тебя. Человечьи девушки такие вкусные», — передразнила я его.

Ашшур неопределенно хмыкнул. О, я чувствую раздражение? Не нравится слава…

— Фей, — оборвал мои ехидные мысли дракон.

— Что? — невинно похлопала я глазками.

— Не нравится, — покачал он головой с упреком. — И откуда в тебе столько ехидства? Мама вроде не ехидна. Может, кто в роду с оборотнем-ехидной согрешил? — кивнул он в сторону моих родственниц.

Я сначала надулась. А потом хихикнула. Просто подумала, что вообще-то мои родственницы по папиной линии могли бы преподнести сюрприз. И вполне неожиданный.

Наверное, все собрались, потому что статуя богини ожила, а рядом с ней в полном облачении стоял мой знакомый энжел, прекрасный как бог. Только крыльев белоснежных не хватало. А хотелось увидеть.

— Я, богиня-мать всего сущего и всей жизни, явилась народу Таларии, чтобы совершить суд, вынести приговор виновным и привести в исполнение, а также решить дальнейшую участь Таларии.

Все упали ниц перед явлением богини. Она возвела себе в воздухе полупрозрачный, похожий на ледяной трон и чинно в него уселась.

— Я предоставляю слово моему сыну энжелу Архи-левлусилы, — возвестила богиня.

По храму прошелся шепоток: «Сыну? Сыну! Сыну…»

— Слушается дело о нарушении заветов нашей богини-матери драконьим племенем. Кто должен соблюдать эти заветы? — строго спросил энжел.

Выглядел он величественно и гордо. У меня от вида энжела побежали мурашки. Впрочем, они от него бежали с первой нашей встречи. Я сразу почувствовала в нем что-то необычное. Оно было мне непонятен, я не сталкивалась никогда с энжелом и его магией, поэтому меня это и напугало.

— Каждый дракон, — прозвучал нестройный хор голосов драконов, в числе которых был и голос Ашшура.

— Кто должен следить за соблюдением этих заветов? — задал следующий вопрос энжел.

— Гроза Драконов и совет старейшин, — ответил, выйдя вперед и склонив голову, отец Ашшура.

— В круг призываются Гроза Драконов и старейшины драконов, — возвестил энжел.

И в середине зала образовался магический круг суда — тот, чье дело рассматривается судом, попадает в него в начале суда и не может выйти до вынесения приговора. А иногда и сразу приведения его в исполнение.

Гроза Драконов смело вошел в круг, прямо смотря перед собой и гордо держа голову. В отличие от старейшин, на лицах которых был страх.

— У меня нет претензий к Грозе Драконов. Он всегда действовал, как велит ему сердце, соблюдая мои заветы и защищая интересы драконов, и старался, чтобы они не шли вразрез с интересами всей Таларии, — возвестила богиня. — Единственное, в чем его можно упрекнуть, это в том, что он часто шел на поводу своей избранной вразрез со своим сердцем, душой и интересами своих детей. Но это последствие связи избранных. И отвечать за это ему предстоит не передо мной, а перед своими сыновьями. Мой сын Анкаршэ… — богиня перечислила родовые имена отца Ашшура, — покидает круг до вынесения приговора всем драконам.