Книга Заказ на фею, страница 28 – Маруся Хмельная

— А вдруг она фея леса, и мы ошиблись?

Тот промолчал, только ускорил шаг.

Через несколько часов пути все насторожились и встали. К чему-то прислушались.

Я подёргала Пашку за руку. На этот раз молча. Знаками высказывая свой вопрос. Он приложил палец к губам. Тут и я услышала какой-то непонятный шуршащий звук. Воины достали мечи и стали пробираться вправо, Пашка держал меня рядом с собой, готовый защитить в любую минуту.

Звук становился всё слышнее и слышнее. А напряжение среди отряда росло. Они передвигались всё осторожнее и осторожнее, поглядывая по сторонам. Подошли к какому-то дереву, чем-то похожим на нашу иву из-за развесистой кроны. Только листки были синевато-фиолетовыми, бархатными и круглыми как монеты. Воины расслабились, вперёд вышел Сверч и мечом приподнял нижние ветви.

— Мать честная, – выругался он как перевёл мне мой переводчик, и поморщился, отвернув лицо.

И правда, дохнуло очень неприятным запашком, ну, примерно, как если бы вы набрели на мышиное гнездо или тараканье, в общем, вы поняли.

Я присмотрелась, под деревом была выкопана норка, в которой шевелились молочные икринки, по размеру с перепелиное яйцо. Это они, задевая друг за друга, издавали этот шуршащий звук.

— Что это? – вырвалось брезгливо у меня.

Зрелище было не из приятных.

— Это кладка гнилоленточника, – пояснил Пашка. – Её надо уничтожить.

— Зачем? – возмутилась я.

— Затем, что это гнилоленточник, – сказал он так, словно мне это сразу всё пояснило. – Это хрень, как ты выражаешься, из нижнего мира, выглядит как длинный большой червь. Очень прожорливый, и у него такая ядовитая слизь, там, где он проползает, он отравляет всё этой слизью, всё превращается в гниль. Убить его непросто. Поэтому легче бороться, уничтожая его кладки.

— Я против, – сказала я. – Одно дело бороться со взрослым противником, другое – уничтожать детёнышей.

— Каких детёнышей, Лера? – закатил глаза Пашка. – Это паразиты. Чтоб тебе понятно было, это как кладка ваших тараканов, саранчи… и лягушек, – подумав, какой бы ещё пример привести, сказал Пашка.

И зря он назвал последнее. Я представила как лягушка возвращается к своему дому, где отложила икринки, а там поубивали всех деток. И чуть не расплакалась от этой картины.

— Лягушка, между прочим, полезная, она как раз насекомых есть. Может, ваш ленточник тоже имеет какую-то полезную функцию, о которой вы не знаете. У нас тоже такое бывало, уничтожали одних, и нарушали всю цепочку экосистемы. Например, ты знаешь что-то про нашу ваниль?

— Не особо. Знаю, что специя.

— Да, жутко дорогая. Из-за очень трудоёмкого процесса её выращивания и изготовления. Она расцветает раз в жизни, в этот день её надо опылить. Если получится, завяжется стручок, который будет созревать девять месяцев, если нет, он увядает, умирает и падает на землю. На родине ванили её опыляют пчёлы, один определённый вид, который существует только там. Однажды этих пчёл чуть не потеряли – боролись с одним вредителем, а цепочка привела к потери других, полезных. И эту цепочку поняли только тогда, когда остались без урожая ванили, стручки которого в то время были денежной единицей на этом острове. Я не буду утверждать, что ваш червь полезный, но убивать всех малышей разом – это кощунственно. Я не дам!