Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 97 – Маруся Хмельная

Я еле дождалась, когда смогу позвонить Маргарите, боялась, что всё отменится по какой-то причине. Почему-то я чувствовала некое томление в груди, сродни предчувствию, что услышу нечто большее для себя, чем то, что ожидаю. Так и случилось.

Она назначила мне встречу у себя дома на три часа, и я ровно в три нажала на дверной звонок.

Мне открыла её домоправительница Надежда, которая была Маргарите скорее дуэньей, выполняя не только функции уборки дома, но и присмотр за Марго, и функции сиделки и подруги. Я услышала звонкий дребезжащий голосок Маргариты:

— Анечка, вы как всегда пунктуальны. Проходите, тапочки вам Надя подаст.

Надя подала мне кожаные тапки, в которые пришлось обуться, так требовала хозяйка. Я вошла в гостиную. Я уже бывала здесь. Будучи журналистом, я брала интервью у Рябушинской. Её родословная с корнями уходила в нашу землю, и она многое могла рассказать из истории нашего края. Неиссякаемый источник историй, она каждый раз могла удивить какой-нибудь новой байкой. Сделать удивлённые глаза, похлопать ресницами и уточнить: «А разве я это не рассказывала?»

Я оглянулась, с моего последнего посещения ничего не изменилось, все вещи оставались на своих местах, словно музейные экспонаты. Впрочем, где-то так и было. Много старинных предметов из её рода, передававшихся по наследству или увезённых вовремя из деревни от родственников, хотевших расстаться со «старьём». Это был не антиквариат аристократов — произведения искусства: фарфор или яйца Фаберже. Хотя фарфор присутствовал тоже. В основном, это была домашняя утварь, которой пользовались крестьяне в деревне, купцы в городе, так называемый средний класс, и предметы народного промысла.

Маргарита относилась у нас к местной знати, хотя была далеко не графского рода, но прадед её был крупным фабрикантом, и она знала историю своей семьи вплоть до седьмого колена, а то и больше. Но вела она себя всегда так, словно княжна, пытавшаяся приспособиться к современному миру.

Хоть я и называла её старушкой, ей было на самом деле не так уж много лет, возраст только подходил к семидесяти. Но она была очень маленькой и сухонькой, не молодилась, а вкупе с её манерами, словно она из позапрошлого века, давало эффект элегантной очень пожилой женщины. Я была уверена, что лет двадцать как минимум она проживет в ясной памяти и таком же энергичном состоянии, в котором находилась сейчас. Вся она излучала позитив, желание помочь людям и жажду жизни. Очень любила посплетничать, но по-доброму, ей просто необходимо было постоянно быть в курсе событий и перемен в жизни окружающих людей. Мне казалось, она знает всё обо всех. При том что сама что-то сообщала, если только ей это было выгодно.

Замуж она не выходила, и детей у неё не было. Почему — загадка. Её современники рассказывали, что во времена её молодости, о ней слагали легенды. Роковая женщина, которая свела с ума многих высокопоставленных чиновников, к её ногам были брошены все богатства и привилегии того времени. Какие-то невероятные страсти с трагическим концом разгорались вокруг нее. Но Марго так и никому не ответила на любовь. Всю свою нерастраченную любовь она вылила на сестру Ольгу и её дочь Василису.

С Ольги я и начала разговор после обмена общими вежливыми фразами.