Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 69 – Маруся Хмельная

Он ухмыльнулся и зацепился своим мизинцем за мой.

— Мирись-мирись, больше не дерись. А если будешь драться, я буду кусаться… Ой, — ойкнула я, произнеся последнее слово. — Нет, последнее мне не нравится, у тебя будет преимущество. Давай так, а кто будет драться, того поставим в угол.

— Нескладно.

— Я не поэт, — призналась я. — Может, ты?

— Выбирай на выбор: а кто будет драться, с тем надо обниматься, целоваться, посмеяться. Ну, или: тому — убираться. Я тоже не поэт, — хохотнул он.

— Ладно, давай сойдёмся на последнем. А кто будет драться — тому и убираться.

Я отцепила мизинец и засунула очередной кусок торта в рот. Подняла глаза на Алекса, тот как-то странно смотрел на меня, что я даже почувствовала неловкость.

— Вкусно. Будешь? — предложила я с улыбкой.

Он смотрел без улыбки, облизнулся и отвернулся резко.

— Это всё? Мы теперь друзья? — глухо спросил он.

— Нет. Это всё шутки. А теперь серьёзно. Я хочу всё знать о тебе.

Он повернулся и с наигранным ужасом уточнил:

— Что, всё-всё?

— Да, — сказала я без тени улыбки. — И сними свои линзы, пожалуйста. Твои глаза — единственное в тебе твоего, и я хочу смотреть в них, а не в глаза Алекса Боровского.

— Тело у меня тоже своё, — неловко пошутил Алекс и вынул линзы. — От Боровского у меня только лицо, цвет волос и глаз, да фамилия.

— И профессия. И биография. И имя.

— Нет, меня на самом деле зовут Алекс.

— Правда? — поразилась я.

— Да, — кивнул он важно. — Приятное совпадение.

— Я хочу, чтобы ты ответил на мои вопросы.

— Только не на все сразу, ладно? На все я просто не могу. И не обольщайся насчёт меня, Аня. Ты любишь ударяться в крайности. То для тебя во мне нет ничего человеческого, я демон, пожирающий младенцев на ночь. Теперь ты ударилась в другую крайность. Ты хочешь видеть во мне друга, а значит, будешь лепить из меня благородного рыцаря. Для того чтобы стать твоим другом, ты должна видеть только хорошее. Но я обычный человек. Да, человек-зверь, но со своими достоинствами и недостатками. Я не демон, но и не ангел. Не надо меня мазать полностью то чёрной краской, то белой. Это ты должна уяснить сразу. Или дверь там.

Он указал в сторону выхода. Странно, сколько раз я говорила подобное по смыслу другим. Шурику, Нине, тёте Свете. А сейчас приходится выслушивать это мне. Неужели я становлюсь таким ребёнком рядом с ним? Почему я, умная девушка, веду себя так глупо по отношению к нему?

— Уяснила. Претензии принимаются.

Я снова отвлеклась на чай, чтобы немного снять возникшее напряжение. Прожевав очередной кусок торта, сказала:

— Но это всё от того, что я не знаю как вести себя с тобой. Потому что ничего о тебе не знаю, — повторила я десятый раз. Наверное, для того, чтобы он крепко запомнил. — Хорошо, давай узнавать друг друга постепенно, я не против. Отвечай на столько вопросов, сколько сможешь. Но только давай двигаться вперёд и не топтаться на месте.

— Давай попробуем. С чего начнём?

— С самого простого. Давай поговорим, как ты стал Алексом Боровским и где этот бедолага сейчас?

— Бедолага руководит раскопками в Латинской Америке, и очень счастлив. Если тебя интересуют подробности…

Он вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула. Он хмыкнул.

— А так хотелось обойтись малой кровью. Ну ладно. В силу некоторых обстоятельств, — он многозначительно посмотрел на меня и начал рассказ, — я вынужден иногда менять место жительство и свою личность. Но из-за современной глобализации и технологий, не запалиться становится всё труднее. Чтобы о тебе ничего не раскопали, и при этом выстроить стройную легенду, приходится усложнять задачу. Я уже не могу приехать из соседней области, потому что через пару часов вся информация будет у запрашиваемого на столе. Теперь, не вызывая подозрений, я могу приехать только из-за океана. Во всяком случае, если кто-то начнет копать, у меня будет время что-то предпринять. Поэтому я всегда имею в виду этот момент, и появление Алекса не могло остаться мной незамеченным. Всегда удобнее брать уже существующую биографию, чем создавать новую.