Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 148 – Маруся Хмельная

— Блин, Аня! — он стоял и глотал воздух, не находя слов. Как рыба шевелил губами беззвучно. — Это же разные вещи, не понимаешь?

— Нет. И словом иногда можно сильнее ударить, — намекнула я на все его прошлые грубости.

Я пошла вперед, он плёлся за мной и выглядел несколько ошарашенным.

Когда мы зашли в дешёвую забегаловку неподалёку, он попросил две рюмки водки, когда их принесли, он поднял, не чокаясь:

— За твою мать!

— За мою мать! Человека, которого я не знала.

Мы выпили, Алекс спросил участливо:

— Тебе всё рассказали?

— Не знаю всё ли, может, у них полно ещё тайн, но достаточно для того, чтобы мой мир перевернулся.

— Мне жаль… Как тебе твоя бабка? — и он хитро улыбнулся.

Я вздохнула.

— Мне иногда кажется, что я вас всех ненавижу, — проворчала я, — скрывать от меня всё.

— Иногда? — улыбнулся он.

— Да. Я понимаю, почему скрывали. Я же девушка разумная, но…

— Что?

— Ну как бы ты себя чувствовал, если бы ты не знал того, что все вокруг тебя знают?

— Фигово. Обманутым.

— Угу, — тяжко вздохнула я. — Бабка бы мне понравилась больше, если бы у неё в сердце было ещё что-то кроме мести и ненависти.

— Она довольно занятная, — отметил Алекс.

— Ты часто с ней встречался?

— Приходилось.

Он налил ещё по рюмке, мы выпили.

— Знаешь, мне не показалось занятным всё то, что она про вас наговорила, — сказала я.

— Привыкнешь. Она защищала свой род.

— Ты её защищаешь? — удивилась я. — Она бы тебя тут же уничтожила, будь у неё против тебя оружие.

— Да что ты, я думал, она меня любит, — посмеялся Алекс.

— Очень смешно. Ты так спокойно к этому относишься!

— Я привык. Она не в меньшинстве. Если бы я на этом зацикливался…

Он налил себе ещё и залпом выпил. Поморщился.

— Не понимаю, чего ты отказываешься от моей настойки. Намного вкуснее.

— Поэтому ты мне больше не наливаешь? — кивнула я на свою пустую рюмку.

— Ты хочешь напиться?

— А зачем ты тогда меня сюда привёл?

— Согреться и чтоб ты отвлеклась от своих грустных дум. Когда бы ты ещё до квартиры дошла…

— Ладно. Мы тут долго будем?

— Нет, если хочешь, поехали.

— Хочу, — кивнула я.

Алекс пошёл расплачиваться, я посмотрела на него и прыснула со смеху.

— Ты уже пьяная? — поинтересовался он, вернувшись за мной.

— Нет, просто ты смешной такой.

— Ещё никто никогда не называл меня смешным, — проворчал он в усы. — Пошли.

— Усы делают тебя смешным, они тебе не идут, — я встала.

— Что б ты, женщина, понимала! — он наклонился и стал щекотать мне лицо и шею усами.

— Аха-ха, прекрати, — засмеялась я.

Редкие посетители с опухшими лицами оглянулись на нас. Полная женщина с усталым лицом за стойкой одобрительно посмотрела на Алекса с легкой мечтательностью.

— Нет, пощада будет после того как признаешь, что усы меня невероятно красят, — крепко держал он меня и продолжал пытку.

— Аха-ха, признаю. Усы… ха-ха… тебя красят…

— Невероятно!

— Невероятно, аха-ха…

Он прекратил, отодвинулся и довольно причесал вверх ус.

Я фыркнула в ладонь и от греха подальше побежала на улицу. Когда он вышел, он указал в сторону:

— Я там машину оставил.

Я пошла и оступилась. Алекс моментом подхватил меня, и наши лица оказались рядом. Я представила себя со стороны: раскрасневшаяся, съехавшая набекрень шапка, из-под которой выбиваются волосы, подвыпившая. Весёлый смешливый взгляд Алекса посерьёзнел, зрачки его расширились, и мне стало не до смеха. Меня не веселили больше его усы и нелепая шапка, сердце моё замерло, а потом забилось как бешеное. Я видела только его глаза и губы. Это длилось секунду.