Книга Ни в мать ни в отца, страница 56 – Дарья Волкова

А Руслан накрыл ее руку своей, и от этого стало так… что почему-то внезапно захотелось расплакаться. Как же тяжело жить с жидким мозгом!

— Ладушка… — он погладил ее руку. Как такие твердые и шершавые ладони могли быть ночью такими нежными⁈ — Я вот без завтрака спокойно еще полчаса проживу. И даже час. А вот другое… — он вздохнул. — Краса моя, отпусти меня хотя бы на пять минут. Ну, надо, правда.

Жидкий мозг все-таки справился. С задачей совместить восторженный писк от «Ладушка» и «Краса моя» со смыслом слов Руслана. Идиотка, отпусти мужика в туалет! Лада ойкнула, попыталась отстраниться — но он не дал сделать это сразу. Перехватил запястье, поцеловал ее в ладонь, потерся шершавой щекой и только потом отпустил руку и встал. И ушел в сторону туалета, не оборачиваясь. И не утруждаясь одеждой.

Лада со стоном уткнулась в подушку. Ну и как вот от таких видов мозгу не быть жидким⁈

* * *

— Лада, а что у тебя с краном?

Лада обернулась от плиты, над которой разбивала яйца на сковородку.

— А что с краном? А, да… Протекает немного. Все никак не соберусь, — Ладе стало неловко, и она замолчала,

— Ничего себе немного. Такой сифон. После завтрака поедем за новым смесителем.

— А… Ну… Хорошо. Только мы в субботу где сантехника найдем? Надо же было заранее вызывать.

— А я на что?

Лада с удивлением обернулась.

— Ты умеешь?

— Смеситель поменять? — фыркнул Руслан. — Чего там уметь. У меня кореш, Серега — сантехник. Нахватался от него.

Лада стояла и переваривала тот факт, что после бурной и нежной ночи, ее, оказывается, невероятно заводит факт того, что мужчина может взять — и починить кран. Вот просто взять — и починить. Это, оказывается, по мозгу и прочим рецепторам бьет похлеще, чем то, что Руслан творил с ней ночью и утром.

Обалдеть. Кран течет уже второй месяц, а у Лады все руки не доходили. А тут вот… вот так просто… Все, остались одни междометья!

— Лад, а ты что, не будешь яичницу? — Руслан через ее плечо заглянул в сковороду.

— Почему? Буду. Четыре яйца же.

— Лад, вбивай еще. Четыре — это только мне, — она обернулась, и он кивнул: — Да не переживай, заедем в магазин, затаримся. Все компенсирую.

— Да я не… — глупо как вышло. Будто ей яиц жалко! — Да конечно, сейчас.

Руслан будто не заметил ее неловкости.

— Ты погоди, у Елисея гормоны как попрут, тоже будет жрать яичницу из пяти яиц.

— У него с аппетитом не очень.

— Это временно. Через пару-тройку лет будешь вздрагивать от фразы: «Мам, есть чо пожрать?».

Улыбка появилась и тут же исчезла. А ты, Руслан? Твой сын что тебе будет говорить через пару-тройку лет? Не те мысли, неправильные. Да и Руслан не дал ей в них провалиться.

— Покажи, где у тебя инструменты лежат. Ну, у тебя хоть что-то есть?

— Что-то есть.

— Ну вот. Покажи.

* * *

— Ты так и не поменяла щетки!

Лада лишь виновато развела руками. Ей хотелось почему-то улыбаться, несмотря на обвинительный тон Руслана.

— Ясно. Значит, еще и щетки надо купить. Ну, в хозяйственном гипере все и возьмем.

Он наклонился, долго и придирчиво изучал колеса. Ну а что там, резина как резина. Уже не очень свежая, да.

Руслан разогнулся.

— Последний сезон ходит резина. Кстати, сейчас самое время зимнюю покупать, скидки. Давай купим?

Лада подумала о том, что денег на резину, в общем-то, сейчас нет. Разве что у мамы взаймы попросить, она подпольный миллионер Корейко, умудрятся как-то экономить и на что-то откладывать. А потом кивнула.