Книга Бывший моей соперницы, страница 81 – Яна Лари

— А этот парень, Лиам?.. — Внутри меня что-то надламывается, рассыпаясь в холодное, колючее непонимание. — Мне показалось, что он без ума от тебя.

Маринка на секунду зажмуривается и хрипло проговаривает горячим быстрым шёпотом:

— А Лиам скоро вернётся на родину. У него будет такая жизнь, какой достоин наследник крупного состояния. Со временем он повзрослеет, поумнеет, станет жёстче, пойдёт во власть как его отец или станет успешным бизнесменом и будет всеми способами доказывать всем вокруг, что он и только он хозяин судеб.

— Но сейчас ты жалеешь… — отмечаю, сжимая её напряжённые пальцы.

— Всё происходит так, как и должно быть. — Она отводит глаза и произносит, с улыбкой глядя мне за спину: — Надь, кажется, кое-кто собирается пригласить тебя на танец. И не только… Не тормози. Людей, с которыми нам хорошо, на самом деле единицы.

Марк выводит меня на середину зала, где уже танцуют несколько пар. Непривычно серьёзный и спокойный он выглядит даже расслабленнее, чем пару минут назад. Будто успел стянуть вместе с галстуком душившую его всё это время удавку и ему, наконец, стало комфортно.

Только сейчас понимаю, как дико скучала по его рукам. Я слышу пульсацию собственной крови в ушах громче, чем льющуюся из колонок мелодию.

Ремизов смотрит на меня неотрывно, без уже привычного раздрая во взгляде, но с непонятной мне требовательностью. Чувство такое, словно я что-то должна сейчас сказать или сделать, только никак не соображу, что именно.

Повисшее между ними молчание затягивается. Поддавшись неподконтрольному волнению, неловко наступаю ему на ногу.

— Ты ведь не хочешь здесь находиться. Зачем приехал? — спрашиваю, чтобы скрыть внезапное смущение.

— Хотел увидеть тебя, Надя. Разве не понятно?.. — даже тон его звучит удивительно серьёзно. Чёрт, почему мы не попробовали разговаривать нормально с самого начала?..

Задыхаясь эмоциями, собираюсь с духом и тихо спрашиваю:

— Когда ты уезжаешь? — у меня не получается скрыть нотку сожаления, пронзившую голос в самый неподходящий момент. Чертовски не вовремя.

Не хочу портить наш последний вечер пустыми разборками. Последние часы, возможно, даже минуты вместе…

— По правде, должен быть уже в дороге.

— Жаль. — С грустью заглядываю ему в глаза. Никогда ещё ход времени не ощущался так болезненно.

— Прости. Я вёл себя не так, как стоило бы, — наконец произносит Марк. Глухо и лаконично. Ничего более пронзительного я в своей жизни не слышала.

Мне больно дышать от накатившего сожаления.

Сколько мы знакомы? Меньше месяца? И… каждое слово прощания как ножом по сердцу. Разве так бывает?

Я до сих пор его толком не знаю, но почему-то уверена в том, что извинений от Марка ещё никто не слышал. И вот сейчас он кружит меня в нашем первом и последнем медленном танце… В нашу последнюю встречу. И извиняется. Не обвиняет, не оправдывается, просто извиняется.

Кусаю губы, опуская взгляд. Под давлением его карих глаз трудно собраться с мыслями. В них сверкают блики души, вывернутой наружу.

— Не нужно… Я тоже повела себя неправильно. — Глубоко вдыхаю, пытаясь вернуть себе власть над голосом.

— Мне утром нужно быть в столице. Отчим передал мне управление клубами, а я в этом, если честно, пока ещё профан. Не могу надолго отлучиться. Там моё будущее, Надя.