Книга Бывший моей соперницы, страница 28 – Яна Лари

Медленно ему…

— О, хочешь ещё анекдот? — Поворачиваю голову к водителю, окидывая беглым взглядом широкую полоску пластыря на его шее.

Что-то мне подсказывает, Ирина про мой подарок ещё не знает.

— Надь, сколько можно?.. — Он страдальчески закатывает глаза.

— Это последний, честно! Просто в тему вспомнилось: «— Аллочка, ты таки вышла замуж?! Ну и шо ты скажешь за первую брачную ночь? — Та! Всю ночь меняла фамилию в социальных сетях…»

— Нормальная у неё фамилия! Чёрт меня за язык дёрнул... — Попытка сжать губы терпит сокрушительное фиаско и салон оглашается раскатистым мужским смехом. — Гадючкина моя…

— Тим, а почему ты мне про Гадючкину свою не рассказывал? Может, я тебе верность хранила, отшивала достойных парней?

— При том что мы давно скатились к дежурному сексу, а на тебя шею сворачивает каждый второй? Да ну, не верю.

Блин, и почему мне такая мысль не приходила? Отменная тактика! Солнцев мне заливает опять что-то вроде: «Не приеду, Надюш, взял дополнительные группы. Подарок прибудет с курьером», а я вместо того, чтобы наивно умиляться вниманию, задаю вопрос ему в лоб: «Милый, ты мне должен уже семь дежурств! Их тоже передашь курьером?». Идиотизм, но стоило бы провернуть эксперимента ради.

— С сексом, конечно, накладочка вышла, — говорю безмятежно. — Я ведь реально думала, что меня всё устраивает, пока с другим не попробовала.

Тим ухмыляется так весело, словно я ему очередную шутку сказала.

А что, почти не ошибся! Если бы не та ночь с Марком, шуткой бы всё и осталось.

— Я рад, что ты нашла подходящего партнёра.

Нет, ну так неинтересно. Где уязвлённая мужская гордость, досада — хоть что-то?!

Отворачиваюсь к окну. Солнцев следит за дорогой, но явно настроен поддержать разговор. А на меня внезапно такая апатия наваливается, что даже смотреть в его сторону не хочется.

Не скажет он мне ничего нового. То, что даже элементарно не ревнует, я и сама вижу.

Просто тоска какая-то тупая осталось по нам прошлым. Глупо я себя, конечно, повела вчера. Особенно когда для Иры показательно оставила засос. Не сработает это, тут тоньше надо действовать. Тим поступил как мудак, конечно, но держится молодцом. В отличие от меня, Ире не в чём его упрекнуть. Как зомбированный, ей-богу!

Доехав до бабушкиного дома, практически облегчение чувствую. Посёлок в пригороде, никакой суеты — благодать. Тим с букетом цветов: статный, с широкой улыбкой… Мы здесь любили летом бывать, теперь и вместе вроде бы, но порознь. Дальше у каждого своя дорога. И если Солнцев наметил маршрут, то я смотрю вперёд растерянно, как будто заблудилась.

Спасает бабушкин оптимизм и неуёмное желание поделиться новостями: вот кошка привела котят, ягнят с цыплятами обязательно посмотрите… По мне, так это жирный такой намёк на продолжение рода. Но я даже рада, что нас выпроводили бродить по амбарам, пока запекается вишнёвый пирог и добираются из города мои родители с младшей сестрой.

Она так радостно хлопочет, что хочется улыбаться. И правильно я поступила. Нечего попусту стариков беспокоить. Расставание — не конец света, а бабуля бы всё равно жутко переживала, как там её горемычная внучка: не наложила ли на себя руки, не отсырели ли от слёз подушки.

Нормально я.

Козла одного проучу и забуду. А в гости потом приеду с новым женихом, таким, чтоб сразу стало понятно — круче только Эверест.