Книга Сводные. Я тебя уничтожу, страница 50 – Яна Лари

Мы целуемся торопливо, словно боясь очнуться, быть пойманными или не успеть куда-то. И на языках горчит не просто жажда обладать друг другом, а поражение и будто даже принятие какое-то…

Пять оставшихся свиданий? Кто бы их считал!

Мы видимся урывками, но постоянно. Забегаем в пустые кабинеты, чтобы просто постоять, обнявшись крепко, до боли в мышцах, скрываемся от любопытных глаз в тени аллей или под звёздным небом на пустынной крыше.

При этом Яр ни черта не меняется. Он не старается понравиться, всё так же редко улыбается, чаще серьёзен, а если шутит, то слишком резко, иногда даже грубо.

Нет, мне Яр больше не хамит, не обижает. Но он словно стремится изолировать нас от окружающих, игнорирует прежнюю компанию, да и в целом людей, а особо назойливых легко отпугивает мрачным взглядом и ещё более свирепым выражением лица.

Вскоре мой мир раскалывается на две половины: в одной друзья, семья и учёба, во второй только Яр и больше ничего.

Чем занимается он, когда мы не вместе?

Я пару раз видела его либо в наушниках, либо с гитарой. Всегда в одиночестве и ни разу с учебниками.

На моё замечание, что так категорично разделять интересы неправильно, Яр лишь смеётся. Говорит, что делю только я, а ему достаточно меня одной. И он, наконец-то, счастлив.

Но разве счастливые люди ведут себя как маньяки?..

Впрочем, дома таких мыслей не возникает. Пока родители дни напролёт занимаются свадьбой, мы все выходные проводим в саду. Лежим на пледе, держась за руки, разглядываем облака и жуём яблоки. Яр даже с отцом за завтраками больше не ссорится! Да, есть ощущение, что он попросту ничего и никого вокруг не замечает, но лучше так…

Видела бы нас Юлька… Блин.

Щекотливое чувство вины нет-нет да скребётся в груди. Я не хочу, чтобы она ворчала или Арс опять полез в драку. А Чалову вообще всё равно, кто и что знает… Поэтому пока помалкиваю, тем более подруга по уши увязла в своём Зевсе.

Я же смотрю на Яра: как он неосознанно поглаживает мою кисть, болтая обо всём на свете, и понимаю, что воздуха не хватает дышать — такое сильное волнение вызывает во мне его близость. Остаётся только губы кусать, балансируя на грани яви и неверия, что всё это происходит с нами в реальности.

Если честно, я всё равно не жду от Чалова примерного поведения на свадьбе. Когда наступает день икс, стараюсь не отходить от него ни на шаг, не в силах избавиться от ощущения, что что-то здесь неправильно. А ещё в моей памяти свежо его мнение на этот счёт.

Но Яр даже просит помочь ему выбрать красивый букет.

Нельзя сказать, что пока мы просматриваем ассортимент цветочного магазина, он излучает хоть какой-то позитив: на лице привычно играют желваки, а складка между бровями почти не разглаживается. И тем не менее «предельно сдержан» — не то же самое, что «на пределе»…

— …вместе? Тая, слышишь меня?

— Извини, задумалась, — вздрагиваю, выныривая из своих мыслей.

— Я говорю, ты торчишь мне все медляки. Готовься.

— Яр, мне уже нужно бежать наряжаться, — улыбаюсь, пряча под ладонями горящие щёки.

Я тут переживаю, как бы он чего не выкинул, а Чалова заботят какие-то танцы. Это открытие приятно греет душу. До сих пор не могу привыкнуть к его вниманию.

— Два часа собраться тебе хватит?

— Надеюсь.

Мама пригласила команду визажистов, и я даже приблизительно не представляю, сколько времени займёт профессиональная «чистка пёрышек».