Книга Босс, ваше алиби – я, страница 66 – Алекс Скай

— Не вы.

— А что?

Я хотела ответить «то, что я не понимаю, когда вы говорите правду». Хотела сказать, что меня пугает собственное желание верить ему после каждого нового доказательства обратного. Что вчера, когда он почти меня поцеловал, я остановила его не только из-за расследования. Я остановила его потому, что уже тогда понимала: если позволю этому случиться, перестану быть уверенной, где заканчивается профессиональное решение и начинается личное. Вместо этого произнесла:

— То, что рядом с вами я начинаю сомневаться в собственных выводах.

Артём смотрел на меня несколько секунд.

— Это плохо?

— Для человека, который вас расследует, ужасно.

— А для Веры?

Вопрос прозвучал спокойно. И попал туда, куда я не собиралась его пускать.

— Мы договорились не смешивать.

— Вы смешали всё ещё в лифте.

— Я?

— Вы первая предложили мне начать вас любить за разблокированный платёж.

Несмотря ни на что, я почти рассмеялась.

— Это была шутка.

— Плохая.

— Вы тогда сказали, что не потянете.

— Ошибся.

Вот теперь я действительно перестала дышать нормально. Не потому, что он приблизился. Он как раз остался на месте. Именно это было хуже. После вчерашнего почти-поцелуя Артём не делал ни одного движения в мою сторону. Соблюдал границу, которую я сама поставила. А теперь просто стоял передо мной и ждал.

— Не надо, — сказала я.

— Я ничего не делаю.

— Вот именно.

В его глазах мелькнула улыбка.

— Сложно угодить Соколовой.

— Невозможно.

— Знаю.

Я сделала шаг к двери. Он действительно отступил. Освободил путь. И почему-то именно это окончательно разрушило остатки моего разумного поведения. Потому что я ожидала давления. Спора. Попытки удержать. А он просто выполнил мою просьбу. Я остановилась рядом. Артём повернул голову.

— Вера?

— Замолчите.

— Я молчу.

— Плохо получается.

Он хотел ответить. Не успел. Я сама сократила расстояние между нами. До последнего мгновения была уверена, что остановлюсь. Не остановилась. Поцелуй получился совсем не таким, каким мог бы быть вчера. Тогда в пустом офисе всё было медленным: случайное прикосновение, несколько секунд тишины, возможность подумать и отказаться. Сейчас думать я как раз не собиралась. Наверное, поэтому первая секунда вышла почти сердитой. Я всё ещё злилась на него. На Михаила.

На Павла с его запиской. На саму себя за то, что после всех найденных документов мне хотелось не отойти от Артёма, а приблизиться. Он замер всего на мгновение. Потом ответил. Ладонь легла мне на талию осторожно, будто даже сейчас он оставлял возможность отстраниться. Второй рукой он не коснулся меня вовсе. И эта сдержанность подействовала сильнее, чем если бы он попытался удержать. Я сама положила пальцы ему на плечо.

Весь наш спор, вся накопленная злость и все те моменты, когда мы оба делали вид, что между нами ничего нет, вдруг обрели одно простое физическое выражение. Никакой красивой логики. Никакой правильной последовательности. Совершенно неподходящий человек. Совершенно неподходящее время. И всё же в первые секунды мне не хотелось ничего исправлять. А потом разум вернулся. Я отстранилась первой. Артём сразу отпустил. Мы стояли слишком близко и молчали. На этот раз тишина не была удобной.

— Это была ошибка, — сказала я.

— Да.

Я подняла глаза.

— Вы могли хотя бы немного поспорить.