Книга Босс, ваше алиби – я, страница 54 – Алекс Скай

— Я могу быть обижен на Артёма и одновременно знать, кем он не является.

— А кем он не является?

— Человеком, который двадцать лет строит сложную схему ради ста восьмидесяти семи миллионов.

— Почему?

— Потому что для этого ему пришлось бы быть одновременно преступником, идиотом и самым терпеливым человеком в России.

Я невольно улыбнулась.

— Последнее особенно неправдоподобно?

— Вы с ним работаете. Сами знаете.

— Но документы ведут к нему.

— Тогда проверяйте документы.

— Проверяю.

Я встала. У двери Михаил сказал:

— Вера.

— Да?

— Если найдёте старые письма между нами, не делайте вывод по одному.

— Почему?

— Потому что мы много раз ненавидели друг друга часов по шесть.

— А потом?

— Потом появлялась работа.

Я встретила его взгляд.

— Хорошая дружба.

— Кто сказал, что хорошая?

В коридор я вышла с ещё большим количеством вопросов. Зато теперь старую обиду Михаила не приходилось выдумывать. Она существовала. Просто между обидой и преступлением оставалось огромное расстояние. И пока у меня не было ничего, что позволило бы его сократить.

К обеду Олег прислал результаты по нескольким старым документам. Они снова не сделали жизнь проще. Три распоряжения, связанные с «Альта Консалт», были настоящими. Старые. Не изменённые задним числом. Подпись Артёма. Его подтверждение. Его реквизиты доступа того времени. Четвёртый документ оказался интереснее. Он относился уже к нынешней компании и был создан через несколько лет после закрытия «Меридиана». «Альта Консалт» получила платёж за консультационные услуги. Сумма небольшая. Согласование — А. В. Романов. И дополнительная пометка:

«Провести вне очереди. Договорённость личная». Я прочитала строку два раза. Позвонила Артёму. Он ответил сразу.

— Да.

— Вы где?

— У себя.

— Спускайтесь в переговорную.

— Это просьба?

— Пока да.

Он пришёл через пять минут. Я развернула монитор.

— Объясняйте.

Артём прочитал.

— Не помню.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

— «Договорённость личная».

— Вижу.

— Ваше согласование.

— Тоже вижу.

— Это уже после создания нынешней компании.

— Да.

— То есть «Альта» не просто осталась в старом бизнесе. Вы лично продолжали с ней работать.

Он сел.

— Похоже.

— Похоже?

— Вера, документу больше десяти лет.

— Удобно.

— Что вы хотите от меня? Чтобы я выдумал объяснение?

— Хочу, чтобы вы перестали рассказывать мне правду порциями.

— Я не скрывал этот документ.

— Потому что не помнили?

— Да.

— А папку «Контур» тоже не помнили?

Он взглянул на меня. Попала.

— Это другое.

— Конечно.

— Не начинайте.

— Уже начала.

Я закрыла документ.

— Вы тайно проверяли утечку до моего назначения. Подключали Павла. Не рассказали мне. Потом наняли меня и первое время подозревали, что я могу быть частью этой утечки. И всё это выясняется только тогда, когда я сама нахожу следы.

— Я объяснил почему.

— Вы объяснили после того, как больше не могли не объяснять.

— Неправда.

— Правда.

— Я сам показал вам папку.

— После того как «Альта» привела нас к прошлому.

Он откинулся назад.

— Вы сейчас злитесь не из-за папки.

— Не смейте.

— Из-за того, что я подозревал вас.

— Конечно, из-за этого тоже!

— Вы сами подозреваете меня.

— Сейчас. После происшествия. После ста восьмидесяти семи миллионов. После фальшивых подписей. Я не сидела год рядом с вами, делая вид, что всё нормально, пока тайно проверяла каждый ваш шаг.