Книга Босс, ваше алиби – я, страница 32 – Алекс Скай

— Потому что два часа жду документы, которые вы обещали посмотреть.

— Тогда можно было сказать именно это.

Михаил откинулся на спинку кресла.

— Я, пожалуй, пойду.

— Мы ещё не закончили, — сказала я.

Артём тут же посмотрел на него. Слишком быстро.

— Остался один вопрос, — пояснила я.

— Задавайте, — сказал Михаил.

— Кто, кроме вас и Артёма, на раннем этапе видел моё резюме?

— Не знаю.

— Вы кому-нибудь пересылали?

— Нет.

— Обсуждали?

Он задумался.

— Возможно, с Павлом.

Я замерла.

— С Павлом?

— Мы как раз обсуждали реорганизацию контроля. Я мог сказать, что Артём нашёл человека извне.

— Моё имя?

— Не помню.

— Это важно.

— Понимаю. Но придумывать ответ не буду.

Я записала.

— Всё. Пока.

Михаил поднялся. Проходя мимо Артёма, он остановился.

— Она хорошо работает.

— Я знаю, — ответил тот.

— Тогда не мешай.

На секунду мне показалось, что сейчас они поссорятся. Но Михаил просто вышел. Дверь закрылась. Артём остался стоять у входа.

— Что? — спросила я.

— Ничего.

— У вас на лице написано очень подробное «ничего».

— Вы всегда так легко рассказываете потенциальным участникам проверки, что именно проверяете?

— Я не рассказывала ему ничего, чего он сам не знает.

— Он теперь знает, что вас интересует ранний этап назначения.

— И?

— Если Михаил причастен, вы только что предупредили его.

Усталость мгновенно сменилась злостью.

— Во-первых, я задавала вопросы. Это называется проверкой. Во-вторых, вы согласились не вмешиваться. В-третьих, почему вас так беспокоит именно Михаил?

— Потому что я знаю его.

— Вот именно. Поэтому ваше мнение по нему менее объективно, чем моё.

Он шагнул к столу.

— Вы думаете, что объективны после одного разговора?

— Я хотя бы не прожила с ним двадцать лет в одном бизнесе.

— Мы не жили вместе.

— Спасибо за уточнение. Оно полностью меняет картину.

Артём посмотрел на меня несколько секунд, потом неожиданно отвернулся.

— Он что-нибудь сказал обо мне?

Вот теперь я поняла. Не ревность к мужчине. Ревность руководителя к информации. Ему было невыносимо находиться в положении, когда его давний друг разговаривает с человеком, ведущим проверку, а он не знает содержания. Это вполне соответствовало Артёму. Контроль. Опять контроль.

— Сказал, — ответила я.

— Что?

— Что вы способны пожертвовать кем угодно ради компании.

Он медленно повернулся. На этот раз я не сумела прочитать выражение его лица.

— И вы ему поверили?

— Я пока никому не верю.

— Очень удобная позиция.

— Зато честная.

— Он ещё что-то сказал?

— Это уже относится к проверке.

Его челюсть чуть напряглась.

— Понятно.

— Нет, вам как раз непонятно, и именно поэтому вы злитесь.

— Я не злюсь.

— Тогда у вас очень выразительное спокойствие.

Он подошёл к окну.

— Михаил любит объяснять меня другим людям.

— Потому что знает вас давно?

— Потому что уверен, что знает.

Я поднялась.

— А вы уверены, что не знает?

Артём посмотрел на отражение в стекле.

— Это уже не вопрос проверки, Соколова.

— Возможно.

— Тогда вернитесь к документам.

Вот теперь меня задело. Не столько приказом. Тем, насколько быстро он снова поставил между нами должность.

— Разумеется, Артём Викторович.

Я села. Он сразу услышал изменение в тоне.

— Вера, не начинайте.

— Я ничего не начинала.

— Вот это ваше «Артём Викторович» сейчас было хуже половины ваших реплик.