Книга Босс, ваше алиби – я, страница 127 – Алекс Скай

— Не переоценивайте.

— Поздно.

Вот теперь всё действительно стало как раньше. И одновременно совсем иначе. Я села на край стола. Артём остался напротив.

— Что будет с компанией? — спросила я.

— Разберёмся.

— С Михаилом?

— Не знаю.

— Вы злитесь?

Он задумался.

— Да.

— Только?

— Нет.

Я ждала.

— Мне жаль человека, которым он мог остаться, — сказал Артём. — И я до сих пор пытаюсь вспомнить момент, когда должен был заметить.

— Возможно, такого момента не было.

— Удобная версия.

— Иногда бывает и так.

— Вы защищаете меня?

— Не привыкайте.

Он едва заметно улыбнулся. Несколько секунд мы молчали. Я вспомнила утро после первой ночи. Турникет. Красный сигнал. Его подпись под моим отстранением. Совет. Фотографию. Коробку личных вещей. Всё, что за несколько дней успело заставить меня несколько раз решить, что доверять Артёму было ошибкой. И всё, что он сделал потом. Особенно тот момент, когда мог попытаться сохранить компанию, публично отказавшись от меня, и не сделал этого.

— Артём.

— Да?

— У меня остался один вопрос.

— Только один?

— Не портите исторический момент.

— Молчу.

Я взглянула на него.

— Когда всё началось, вы сказали Олегу, что девяносто две минуты были со мной.

— Да.

— Потом я подтверждала ваше алиби.

— Помню.

— Потом выяснилось, что сама нуждаюсь в алиби.

— Тоже помню.

— И в итоге мы действительно друг друга вытащили.

Он немного наклонил голову.

— К чему вы ведёте?

Я чуть улыбнулась.

— Ваше алиби всё ещё я.

Артём смотрел на меня несколько секунд. Потом подошёл ближе.

— Мне уже давно нужно от вас совсем другое.

Знакомое напряжение вернулось, но теперь прятать его за расследованием было не за чем.

— Что именно?

Он не ответил сразу. И впервые его пауза не раздражала. Артём остановился совсем близко.

— Я несколько дней пытаюсь придумать, как сказать это нормально.

— У вас плохо получается с нормальными формулировками.

— Знаю.

— Можете подготовить отчёт.

— Боюсь, страниц на пятьдесят.

Я рассмеялась. Он тоже. А потом стал серьёзным.

— Вера.

— Что?

— Я люблю тебя.

Никакой красивой подготовки. Никакого длинного объяснения. Четыре слова. И человек, который мог часами спорить о бюджете, власти, риске и ответственности, вдруг выглядел так, будто именно мой ответ был единственным решением, которое он не способен принять самостоятельно. Я смотрела на него и понимала, что должна, наверное, почувствовать что-то торжественное. Вместо этого вспомнила наш первый спор. Его угрозу найти мне другую компанию. Кофейный автомат. Пиджак, на который я наступила в лифте.

Его раздражение, когда я разговаривала с Михаилом. Мой гнев после отстранения. Первый поцелуй, случившийся потому, что мы оба устали спорить. Второй, который уже невозможно было объяснить ничем. И то, как вчера он согласился потерять власть, но не сделать меня удобной виноватой. Вот тогда, наверное, я и получила ответ. Просто ещё не произнесла его.

— Вы уверены? — спросила я.

Артём посмотрел на меня почти возмущённо.

— Серьёзно?

— Профессиональная привычка.

— Соколова.

— Проверяю вывод.

Он покачал головой.

— Абсолютно.

Улыбка всё-таки появилась.

— Тогда придётся сообщить одну неприятную новость.

— Какую?

— Я тоже тебя люблю.

Он замер. Совсем немного. А потом выдохнул так, будто все предыдущие дни именно этого и ждал, хотя сам ещё минуту назад не был уверен, что решится спросить.