Книга Босс, ваше алиби – я, страница 117 – Алекс Скай

— И ошибки?

Теперь он замолчал. Совсем ненадолго.

— Какие?

— «Соглосование».

Михаил медленно откинулся назад. На его лице впервые за весь разговор появилось что-то настоящее. Не страх. Раздражение.

— Вы серьёзно пришли сюда из-за орфографической ошибки?

— Нет. Из-за того, что одна и та же ошибка десятилетиями ходит за вашими документами.

— И это ваше главное доказательство?

— Я не говорила, что главное.

— Тогда покажите отчёт Павла.

— Зачем?

— Потому что он мог взять те же документы и сделать тот же вывод.

— Вы очень хотите знать, что именно он успел понять.

— Конечно. Человека нашли тяжело пострадавшим после того, как он несколько недель проверял компанию. Нормально хотеть знать, что он обнаружил.

— Особенно если обнаружил вас.

— Особенно если ошибся.

Я посмотрела на часы на стене. Прошло шесть минут. Михаил заметил.

— Ждёте кого-то?

— Привычка.

— После лифта?

— Возможно.

Он усмехнулся.

— Случайность, которая всё изменила.

Вот оно. Фраза прозвучала слишком точно.

— Что именно изменила?

Михаил посмотрел на меня.

— Ваши отношения с Артёмом, очевидно.

— Я не об этом.

— Тогда о чём?

— Почему вы назвали поломку лифта случайностью?

— А чем она была?

— Вы уверены?

Он едва заметно напрягся.

— Вера, вы действительно думаете, что я занимаюсь лифтами?

— Нет. Просто странно слышать такую уверенность от человека, которого не было внутри.

— Техники наверняка установили причину.

— Вы читали заключение?

— Нет.

— Тогда откуда знаете?

Михаил несколько секунд молчал. Потом пожал плечами.

— Потому что если бы кто-то специально ломал лифт, это был бы совершенно бессмысленный способ подставить Артёма.

Хороший ответ. Снова.

— Согласна.

— Наконец-то.

— Поломка действительно была случайной.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— И?

— И именно поэтому разрушила ваш план.

Тишина. Никакой театральной реакции. Михаил только чуть изменил положение рук на столе.

— Вот теперь вы всё-таки обвиняете.

— Нет. Проверяю гипотезу.

— Какую?

— Артём должен был выйти на двадцать восьмом этаже через несколько секунд после входа в лифт. Павел уже собирался встретиться с ним. Я должна была поехать вниз. В 21:37 мой идентификатор появляется возле кабинета Артёма. Если бы лифт работал, никто не смог бы доказать, что меня там не было.

Михаил слушал.

— Но мы застряли вместе, — продолжила я. — И получили алиби друг для друга. Человек, который создавал электронную историю, этого не ожидал.

— Красивая версия.

— Мне тоже нравится.

— Только есть проблема.

— Какая?

— Она предполагает, что кто-то заранее знал, где вы будете в 21:37.

— Нет. Она предполагает обратное. Человек рассчитывал, что к этому времени я уже уеду.

В его взгляде что-то изменилось. Совсем немного. Я продолжила:

— Мой идентификатор нужен был не для того, чтобы реально открыть дверь. Он нужен был для истории, которую найдут потом. А камера исчезла на тринадцать минут, чтобы не было человека, противоречащего этой истории.

Михаил помолчал.

— И всё это, по-вашему, сделал я?

— Нет.

Я специально ответила сразу.

— Тогда кто?

— Олег.

И вот здесь произошло то, ради чего я приехала. Михаил не удивился. Он раздражённо выдохнул.

— Фомин не способен был придумать такую конструкцию.

Я ничего не сказала. Он понял слишком поздно. Совсем немного. Глаза стали жёстче.