Книга Развод. Последний шанс вернуть жену, страница 17 – Дари Дэй

Позже, когда появились новые аппараты, он снова вмешался. Благодаря ему нас услышали там, где до этого даже не хотели принимать документы.

Я действительно была многим ему обязана.

— Тогда зачем вы звоните?

— Потому что «Атлас» готовит важный полёт. Вы видели материалы?

— Частично.

— Значит, понимаете, что ваша система им нужна.

— Да, им нужен «Кокон». Но это не означает, что я обязана его отдать.

— Отдать — нет. Помочь установить и подготовить к полёту — да. И сейчас я прошу вас именно об этом.

Алан знал, что я не смогу отказать Павлу Георгиевичу…

— Ирина Александровна, — по-своему расценил моё молчание мужчина, — если бы речь шла только об интересах Асколова, я не стал бы вмешиваться. Но речь идёт о людях, которые проведут несколько месяцев в космосе.

Я отошла к окну.

На кухонном столе лежал рисунок Катюшки. Две светловолосые девочки держались за руки под огромным жёлтым солнцем. Справа оставалось пустое место. Там, где должен быть папа…

— Ирина Александровна, вы меня слышите?

— Слышу.

— Я прошу вас подумать.

— Я… уже подумала, — выдохнула я неожиданно даже для самой себя.

Но произнести следующие слова оказалось тяжелее, чем мне бы хотелось:

— Я согласна.

— Спасибо, — с явным облегчением отозвался Павел Георгиевич.

— Но у меня будут условия.

— Я вас слушаю, — напрягся министр.

— В «Атлас» поедет моя команда. Система останется собственностью «Кокона». Все решения по её установке и работе принимаю я. И… последнее решение всегда будет за мной. Никто в «Атласе» не будет иметь права голоса. Включая Асколова.

На том конце ненадолго замолчали.

— Жёстко.

— Иначе никак.

— Хорошо. Подготовьте документы. Я прослежу, чтобы ваши условия приняли.

После разговора я ещё некоторое время стояла возле окна.

Мне хотелось злиться на Павла Георгиевича, но он не был виноват. Он просто делал свою работу и действительно переживал за людей.

Виноват был Асколов.

Я сказала ему «нет», а он снова решил, что что всё будет так, как он захотел.

Только теперь я тоже умела устанавливать правила.

* * *

Через три дня несколько машин «Кокона» остановились перед воротами «Атласа».

Я сидела в первой машине вместе с Ольгой и смотрела на знакомые белые корпуса. За эти годы здесь появились ещё две башни и новый тренировочный модуль, но центральное здание почти не изменилось.

Когда-то я уезжала отсюда с одним чемоданом. Без работы, без дома и почти без денег. В никуда… Водитель торопился вывезти меня за ворота, пока ракета Алана не поднялась в воздух.

Под сердцем у меня была Катюшка, а в сумке лежал белый конверт с заключением о беременности.

Теперь за моей машиной ехала делегация из лучших специалистов «Кокона».

— Ирина Александровна, всё хорошо? — Ольга встревоженно на меня посмотрела.

Я выпрямила спину.

— Да. Отлично.

Охрана «Атласа» быстро проверила документы, и тяжёлые створки поползли в стороны.

Возле центрального корпуса нас уже ждали. Девушка в форме подошла ко мне и протянула новую карточку.

— Ваш пропуск, Ирина Александровна. Полный доступ ко всем научным и медицинским секторам.

Я перевернула его. На обратной стороне стояла подпись Алана.

— Руководитель лично распорядился, — чуть краснея поведала девушка.

Пластик будто нагрелся в ладони.

Четыре года назад Алан своими руками забрал у меня право находиться здесь.