Книга Несовместимые. Книга 1, страница 180 – Кристина Янг

— Это ради твоего же блага. Ты можешь спасать своего отца, но меня не надо. А теперь иди под душ.

Эдвард не дождался моего ответа и отошел от меня, снова принимая первоначальное положение на постели. Он ничего от меня не хочет, даже моей поддержки.

Я вздохнула, ощущая тяжесть окончательно испорченного настроения.

— Вы останетесь? — слабым голосом спросила я.

— Останусь.

— Тогда я переночую в комнате Марты.

Он промолчал, потому что так действительно лучше. Спать с ним в одной комнате, на одной постели для меня равносильно пытке.

Я забрала свой мобильник и ушла в ванную комнату, оставляя Эдварда одного. Иногда хочется залезть в его голову и понять, о чем он думает. Но, мне кажется, он и так способен скрыть свои истинные мысли и чувства. Они под запретом.

Я включила воду, прокрутив позолоченные ручки, и она стала медленно наполнять ванну. Я встала перед зеркалом, облокотившись ладонями о раковину, и посмотрела на себя. Иногда этот мир приносит мне удовольствие, когда я чувствую риск, и от этого начинаю ценить жизнь еще больше. Но когда я смотрю на Эдварда и снова понимаю, что мои из ниоткуда взявшиеся чувства безответны, я проваливаюсь в какую-то бездну и теряю вкус к жизни, потому что вся моя энергия мистическим образом утрачивается. Я чувствую лишь тяжесть и выгорание, будто пережила огромное потрясение.

Когда любовь безответна, она выворачивает всю душу, потому что поддержки нет, и контроля тоже. Чаши весов не равны.

Я разделась до нижнего белья, как мой мобильник на комоде с полотенцами завибрировал. Я нахмурившись изучила незнакомый номер и поняла, что он никогда мне не встречался.

— Слушаю, — ответила я.

— Элла? Это тетя Адора, помнишь меня? — послышался смутно знакомый женский голос с явным испанским акцентом.

— Конечно, — улыбнулась я. — Вы соседка бабушки.

— Да, дорогая. — Ее голос поник и ослаб. — Элла, девочка, прости, что именно мне приходится принести такие ужасные вести, да еще и по телефонному разговору.

Женщина замолчала и выдохнула. Я насторожилась и сжала мобильник в руке. В сердце поселили дурные предчувствия.

— Элла, твоей бабушки больше нет с нами в этом мире, — дрожащим голосом проговорила она, и после этих новостей весь мой мир будто рухнул. Вокруг осталась лишь тьма, холод и пустота.

— Что? — переспросила я, не желающая верить в сказанное, а перед глазами уже все расплывалось из-за наступающих слез.

— Мне очень жаль. Прими мои соболезнования, милая. Она болела и не хотела говорить тебе, чтобы не волновать. Я организую похороны, ты можешь за это не переживать, если не сможешь приехать и…

Я больше ничего не слышала, будто канула под ледяную воду, а из-подо льда не могла выбраться. Мне внезапно стало больно дышать, парализовало все тело. Выронила мобильник, и он разбился о кафель. Я находилась будто в какой-то прострации и не воспринимала реальность. В голове лишь повторяющаяся фраза: «Твоей бабушки больше нет с нами в этом мире» и дальше пустота. Эта фраза закружилась в моей голове. Я пошатнулась, пыталась схватится за раковину, но из-за ее скользкой поверхности я не удержалась и упала. Продолжала падать бесконечно долго в холодную яму, пока мрак не поглотил меня.

Элла

4 года назад.

Я забегаю домой счастливая после школы, размахивая своим рюкзаком. Только вчера ночью я переживала за сдачу своего доклада по философии своей мегере-преподавателю, а сегодня я сдала его так, как позволяли мне того мои возможности. Философии она отдала значительную часть своей жизни, поэтому можно оправдать ее излишние требования к нам: сделать все безупречно. Но я буду делать то, что в моих силах и не заставлять себя выходить за пределы возможного.