Книга Любовь под прицелом, страница 19 – Кристина Янг

— Открывай глаза. Ну же, Василек, — прошептал я, поглаживая ее по щеке.

В груди образовался непонятный мне, незнакомый трепет. И этого я тоже испугался. Я погряз в волнении, который мешает мне дышать свободно и рационально мыслить.

На учениях, когда необходимо было помочь боевому товарищу, я сохранял спокойствие и хладнокровие. Никакие чувства не мешали мне выполнить свою задачу. Но сейчас я растерян и сильно напуган за чье-то состояние. Эта девушка действительно вызывает во мне бурные эмоции. Кажется, она единственная на планете такая, и мне довелось встретиться с ней. Но для чего? Ведь она опасна для меня. Ее существование мешает мне. И в данный момент я убеждаюсь в этом.

Я внимательно осмотрел Василису на наличие других повреждений, но не обнаружил их и расслабленно выдохнул. Из-за волнения мои руки и ноги тряслись.

— Андрей, она же не умрет? — со слезами на глазах спросила Ксюша, рассматривая свою подругу.

— Не умрет, конечно, — убедил я ее спокойным тоном, хотя внутри меня бушует ураган из неопределенностей и сомнений, напрочь вынося мою эмоциональную стабильность.

Дима поднялся на дорогу, чтобы встретить скорую. К счастью, она приехала очень быстро. Врачи осмотрели Василису, которая пострадала больше, чем все остальные, после чего я поднял ее на руки и аккуратно, словно фарфоровую куклу, положил на носилки. Ее голова безвольно легла на жесткую ткань, а свои зеленые глаза она так и не открыла.

— Вам требуется помощь? — спросила меня девушка-врач, когда я немигающим взглядом следил за тем, как Василису уносят.

Я отрицательно помотал головой и сглотнул. Краем глаза заметил, как на другие носилки укладывают водителя.

— Кто поедет с пострадавшей? Для водителя мы вызвали еще одну машину.

— Андрей, — моего плеча коснулась женская рука. — Давай ты, мне надо поехать к ней домой и сообщить родным про случившееся.

— А я поеду с Ксюшей, — предупредил меня друг.

Я сжал челюсти и кивнул, после чего направился к машине скорой помощи. Мне указали сидение, на которое я могу сесть, и это сидение прямо рядом с Василисой. Я взглянул на ее руку и невольно потянулся к ней, сжав в своей. Она такая холодная…

В больнице Василису увезли в реанимационный отдел, а мне стали задавать непонятные вопросы, на которые я не могу ответить, ведь ничего не знал про Василису. И сейчас я жалею, что не откровенничал с ней на берегу моря, когда она яро желала узнать меня получше. Я только знаю, что она скоро станет терапевтом, но эта информация сейчас не поможет ей.

— Какая у нее группа крови? Есть ли аллергия на препараты?

— Я ничего не знаю, — пришлось честно ответить доктору.

— Понятно. Случайный попутчик.

— Скоро здесь будут ее родные, — осведомил я доктора и он, кивнув, скрылся за дверями реанимационного отдела.

Меня все же убедили подстраховаться и осмотреться. Как я и предполагал, отделался царапиной на носу и ушибами на коленях. Отец говорил мне, что если ты военный, то обязан знать свое тело и чувствовать любые изменения. Это поможет выжить.

После этого я мог бы уйти, но продолжал сидеть в клинике, возле дверей реанимационного отделения, и ждал вердикт доктора. Прошло уже около получаса, но из реанимации все еще никто не вышел. И это выводило из остатков равновесия окончательно.