Книга Личная помощница, страница 10 – Мари Стефани

В этот момент в сумочке зазвонил телефон. Глянув на экран, я с облегчением выдохнула и ответила:

— Привет, мамуль! Что-то случилось?

— Нет, все хорошо, – ответили на том конце. – А с чего ты взяла, что это не так? Я что не могу тебе просто так позвонить? – сразу же прицепилась к словам мама.

— Просто мы вчера с тобой разговаривали, и я не ожидала от тебя звонка, – ответила я.

— Поэтому я и звоню, узнать как у тебя дела? Мне вчера твой голос не понравился.

— У меня все хорошо, – поспешила заверить я маму.

— И на работе все хорошо? – с паузой произнесла она

— Да, мам и на работе все хорошо.

— Точно? Полина, ты меня не обманываешь?

— Нет, мам! У Маргариты Ивановны все хорошо!

— Ну, ладно тогда не буду тебя отвлекать! Целую, Поля!

— И я тебя, мам!

Поужинав, я налила себе кружку кофе и погрузилась в воспоминания двухлетней давности.

Два года назад

— Полина Александровна? – спросила женщина на том конце провода.

— Да, это я?

— Это вам звонят из больницы.

— Да? – настороженно ответила я.

— Маргарита Ивановна Быстрицкая, кем вам приходится?

— Это моя мама. Что с ней? – испуганно прошептала я.

— У нее случился сердечный приступ, – произнес холодный лишенный эмоций голос.

— Она жива? – едва сдерживая подступающие слезы, прошептала я.

— Да, она в реанимации.

— Какая больница? Я сейчас подъеду!

— Мы поэтому и звоним вам, лечащий доктор хочет с вами поговорить. Записывайте адрес.

— Да-да! Сейчас я возьму ручку, – спешно произнесла я.

Через десять минут, с телефоном в руке я сбегала по ступеням своего подъезда. Поймав на дороге попутку, я назвала адрес.

— Большепрудная двенадцать, корпус три, пожалуйста.

— Это больница, вроде бы? – спросил водитель молодой парень, кажется. События того периода находятся словно в тумане.

— Да, и можно побыстрее, пожалуйста? У меня мама в реанимации.

— Конечно, извините, – смутился водитель.

Через полчаса я вбежала в просторное приемное отделение с белыми кафельными стенами. На стульях вдоль стен сидели больные и ждали своей очереди.

Я поспешила к дежурному.

— Добрый вечер! Мне звонили! Я по поводу Быстрицкой Маргариты Ивановны, ее сегодня привезли по скорой и положили в реанимацию, – на одном дыхании выпалила я.

— Секундочку, – ответила девушка в медицинской одежде и заглянула в свои бумаги. – Да, совершенно верно, Быстрицкая находится в реанимации. А вы Полина Александровна?

— Совершенно верно, ее дочь.

— С вами хотел поговорить Антон Андреевич, ее лечащий врач. Присядьте, я ему сейчас сообщу, что вы пришли, и он к вам спустится.

Села на металлический холодный стул, что стоял вдоль стены в компании своих собратьев. Почему-то в приемных отделениях всегда стоят вот такие холодные металлические стулья по три вместе. Но долго я не просидела, слишком была взволнована состоянием мамы. Встав, я стала вышагивать по коридору из одного конца в другой. Через двадцать минут ко мне подошёл молодой мужчина в белом халате и очках, за которыми скрывались уставшие глаза.

— Добрый вечер, Полина Александровна, – сказал врач.

— Здравствуйте, – просипела я.

Мне было страшно услышать, что скажет этот уставший врач. – Что с мамой?

— Маргарита Ивановна, сейчас в реанимации. Нам удалось спасти ей жизнь и ее состояние стабильное.

— Но что произошло? – глядя на него как на бога, спросила я.