Книга Жестокое общество, страница 14 – Морган Бриджес

Пульс учащается, я сжимаю кулаки. Хитрожопый ворон знал, что делает. Понятно, он действовал по приказу. Но мне все равно хочется его убить.

Отвожу с ее лица влажные пряди.

— Ты открыла дверь, чтобы меня спасти?

— Ага. Вот тупица, да?

— Нет, маленький ястреб, ты совсем не тупица.

Она качает головой.

— Я должна была догадаться, что он врет, когда он велел мне надеть свадебное платье, но я ничего не соображала, думала, тебе угрожает опасность. В итоге я просто переоделась и понеслась за ним, будто меня черти поджаривали.

Ее признание пулей пробивает мне грудь. Я никогда не хотел, чтобы невеста рисковала собой ради меня, но всегда мечтал, чтобы ей самой захотелось это сделать. Ведь это значит, что она что-то ко мне чувствует.

Или чувствовала.

Я заставлю ее меня полюбить. Неважно, сколько времени это займет и что от меня потребуется. Она моя, пока смерть не разлучит нас.

— Что еще он тебе сказал? – спрашиваю я.

Делайла не отвечает, я целую ее в лоб, не зная, спит она или притворяется, как в больнице, когда к ней приходил Бен. Моя девочка явно не любит делиться своими тайнами. Жаль, что и мне приходится кое-что скрывать от нее.

Но если Делайла узнает правду, она попытается меня убить. Снова.

Будильник истошно пищит, выдирая меня из марева лекарственного сна в суровую реальность. Перевернувшись, выключаю звонок на телефоне, и меня тут же прошибает боль, а с губ срывается стон. Какое грубое напоминание о том, что в животе у меня рана, а жизнь превратилась в хаос.

Выключив будильник, снова переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок. Хуже понедельника и не придумаешь.

Мне даже лежать больно, как же мне идти на занятия? От одной мысли, что придется ковылять через кампус, меня корежит.

Ясно, учиться сегодня не вариант, а значит, я лишусь стипендии и меня вышвырнут из универа. Я так старалась, стольким пожертвовала, и все зря, от учебы у меня останутся лишь мерзкие воспоминания.

И все из-за этого сраного Ордена!

В комнате полутемно, утренний свет едва струится сквозь занавески, но я вижу, что Ксавье лежит рядом. Меня успокаивает негромкий звук его ровного дыхания. Впервые этот парень не кажется мне страшным и грозным. Лицо у него сейчас спокойное, и мне странно видеть его таким уязвимым.

Нерешительно провожу пальцем по его подбородку, наслаждаясь тем, что могу незаметно его рассматривать. Он всегда такой собранный, такой властный, но сейчас, когда я вижу его спокойным и умиротворенным, у меня в сердце что-то екает, не хочу даже знать почему.

Ксавье и в своем привычном мужественном образе казался мне красивым, а сейчас он попросту неотразим.

Вдруг он открывает глаза и хватает меня за запястье, прежде чем я успеваю отдернуть руку.

— Что ты делаешь?

— Ничего, – вру я. Щеки вспыхивают, и я отвожу глаза. – Пусти.

— С чего бы?

Голос у него глубокий и сладкий, как мед.

— Мне пора собираться на занятия.

— Делайла, ты не пойдешь на занятия.

Пытаюсь вырвать руку, но он с улыбкой сжимает ее только сильнее.

— В смысле?

— Без меня ты из комнаты не выйдешь.

— Ты что, шутишь?

— Нет, я серьезно, – сурово смотрит на меня он. – Тебе нужно отдыхать и поправляться.

— А отметки? Я не могу провалиться на экзаменах. В отличие от некоторых, мне не нарисуют зачеты просто потому, что я из семьи основателей. Моя фамилия не Донован.