Книга Жестокое общество, страница 120 – Морган Бриджес

— Странно, что ты себя не предлагаешь в качестве «жертвы», – замечает он.

— Я бы своими руками вырвал себе сердце из груди, если бы это значило, что она выживет, – отвечаю я. – Но если я умру, кто ее защитит? Я не оставлю ее одну!

— Справедливо.

— Как сделать все правильно, чтобы не повредить орган?

Деклан пожимает плечами.

— Просто целься в голову, когда будешь стрелять. И уж точно не в грудь.

— Спасибо, кэп.

Посерьезнев, он продолжает:

— Вообще говоря, чтобы сердце оставалось годным для трансплантации, его нужно изъять и держать в холоде не более четырех-шести часов после смерти. Так понятнее?

— Четырех часов более чем достаточно, – киваю я.

— Удачи, – криво усмехается Деклан.

Я уже разворачиваюсь к двери, но тут он добавляет у меня за спиной.

— У меня сегодня церемония посвящения, но сразу после я приеду. Персонал я предупредил, бригада хирургов будет тебя ждать.

— Лишних вопросов задавать не станут?

Деклан качает головой.

— Никто рта не откроет, всем еще пожить хочется.

— Слушай, тебе не обязательно возвращаться, – говорю я. – Еще заметят, что тебя нет, начнут задавать лишние вопросы.

— Возможно.

— Возможно? – вскидываю бровь я. – Отец любого зарежет, чтобы до меня добраться.

— А что ты натворил?

— Объясню, когда все закончится.

Деклан кивает.

— Снаружи тебя ждет черный джип. Удачной охоты, ворон. Mors solum initium.

— Mors solum initium.

* * *

Смотрю на первое имя в списке. Деклан, больной ублюдок, нарисовал рядом с ним смайлик. Либо этот парень – самый подходящий донор, либо он конченый козел. Возможно, и то и другое. Николас Креншоу, Э. Пайнвуд Роуд, 3236. Ну, погнали.

До дома парня добираюсь быстро и без лишнего шума. Стоит тихая ночь, в небе замер узкий серп месяца. Паркуюсь чуть дальше по улице, глушу мотор и разглядываю двухэтажный коттедж с большими панорамными окнами, перед которым расстилается широкий ухоженный газон. На подъездной дорожке стоит «Мерседес», а мягкий свет из гостиной просачивается сквозь шторы, освещая кусок тротуара.

Надеваю маску и мгновенно превращаюсь не просто в наемного убийцу. Сегодня я – само воплощение Смерти.

Как только дверь машины захлопывается, по двору проносится ледяной ветер, а фонарь над головой начинает мигать. Где-то каркает ворон, и от этого жуткого звука вдоль позвоночника бегут мурашки. Это знамение, предвестник того, что грядет. Того, что я сейчас нарушу правила. И отберу чужую жизнь. Чтобы спасти другую.

На заднем крыльце загорается лампа, заливая ступени теплым сиянием.

Гравий хрустит под ботинками, шелестит листва – а больше вокруг ни звука. Замерло все, даже сам воздух.

Добираюсь до задней двери, и пульс учащается. Быстро осматриваю двор и стену дома – никого, никакого движения, даже ветви деревьев не колышутся. Темнота и пустота. Тревога не отпускает – смотрю на деревянную дверь перед собой, и внутри крепнет ощущение, что здесь что-то неправильно. Накатывает тошнотворный ужас, не имеющий никакого отношения к моей цели. Но я не отмахиваюсь от этого чувства. Я принимаю его. Инстинкты не раз спасали мне жизнь, и я всегда буду к ним прислушиваться.

Дверь заперта. Ничего удивительного. Быстро вскрываю замки, поворачиваю ручку и шагаю внутрь, сжимая в руке пистолет. Деклан не только машину мне подогнал, но и о боеприпасах позаботился. Подозреваю, он сделал это по дружбе, но еще и потому, что я помог ему пройти последнее Испытание.