Книга Кольцо Анубиса, страница 69 – Владимир Клименко

Он хотел уйти из зачумленной конторы, но Андрей попросил немного обождать.

— Посиди в комнате, где шоферы. Вместе уедем. Клянусь, всего полчаса. Коля сам с ними справится.

Проклиная себя за слабохарактерность, Марк прошел в шоферскую.

Фирма жила на широкую ногу. Примерно десяток служебных автомобилей всегда стоял у подъезда. В ожидании распоряжений водители маялись в отдельной комнате, где им для скрашивания досуга установили компьютер с играми.

Здесь на Марка почти не обратили внимания. Хотя сам по себе неприятный визит и обсуждался, ничто не могло отвлечь шоферов от компьютерных войн.

Единственным, кого Марк здесь знал, был Миша, водитель Андрея. Он иногда заезжал в гостиницу, и как-то даже подбрасывал Марка до филармонии. Миша, бывший летчик, был известен еще и тем, что в момент, когда у его АН-2 отказал двигатель, в припадке вдохновенного идиотизма сочинил короткий стишок.

Пока он занимался творчеством, самолет, естественно, навернулся. Но, говорят, влюбленным, пьяницам и поэтам везет.

Успев просмотреть «Коммерсантъ-Daily» и побеседовать с Мишей о преимуществах «Мерседеса» над «БМВ», Марк все же дождался Андрея. Тот, по обыкновению очень спеша, что не мешало ему двигаться, словно в замедленном кадре, возник в шоферской и предложил подбросить до гостиницы. Все уверения Марка, что ему туда не надо, не помогли.

— Нам это по пути, не стесняйся, — Андрей впихнул себя на переднее сиденье. — Сейчас предупрежу компаньонов и обратно. А преферанс в десять может и не получиться, видишь, какой оборот.

Оборот выходил неприятным, с этим трудно было не согласиться, но пока Марк комментировать события отказался. Ну их, этих авизовщиков, не его это дело. Главное, самому держаться от сомнительных операций подальше.

Через пять минут он опять оказался в гостинице.

День был потерян напрочь. Гулять уже не тянуло, к тому же на улице подул зимний пронзительный ветерок, начиналась метель. Самое время посидеть у огонька с рюмкой чего-нибудь покрепче, почитать, подумать.

Мысль о собственном доме не давала покоя. Два месяца бивачного существования способны сделать домоседа из самого отчаянного искателя приключений. А Марк и раньше не стремился окунуться с головой в неизведанное. Но события развивались явно не по его сценарию.

Екатеринбург уже обрыдл. Ладно бы, если нашлось какое-нибудь дело. Но и этого не хотелось. Тогда чего же? Сидеть в «Большом Кавказе», пардон, «Урале», играть по вечерам в преферанс со случайными знакомыми и тешить себя надеждами, что все Образуется само собой? Ах, да, еще уповать на собственную исключительность, которую получил в наследство вместе с кольцом. Как ни поверни, выходило боком.

Был момент, когда Марк начал присматриваться к Уральскому университету. Надо получать образование, надо планировать свою судьбу. На Петербурге свет клином не сошелся. Есть в России места, где можно жить и проявить себя. Но потом это решение почему-то ослабло. Тайна кольца требовала немедленных, необычных действий, а в результате — ни того, ни другого.

Делать было нечего, и он направился в номер к Борис Борисычу. До вечернего представления еще далеко, успеют поболтать.

Проходя мимо буфета, Марк услышал хрипловатый голос Геры и дребезжащий смех буфетчицы. Майор, как обычно, когда появлялись деньги, был в ударе, и тогда его обаянию не могла противиться даже соблюдающая строгий пост монашка. А буфетчицу Любу назвать монашкой нельзя было даже в шутку.