Книга Кольцо Анубиса, страница 102 – Владимир Клименко

— Прошли нормально! — крикнул в ответ Марк, хотя все внутри противно сжималось от только что пережитого страха. — И дальше так будет.

Валентин ободряюще помахал рукой и улыбнулся, мол, с крещением. Игорь снова затянул свое «и-и-их!», и тут же байдарку, словно кто-то потянул вперед, а Марк услышал рев нового порога.

На этот раз он постарался не потерять головы. Второй порог не выглядел сложнее предыдущего. Правда, справа торчали камни, о которые с грохотом разбивалась вода, но левое русло казалось вполне проходимым. Марк удивился, что Валентин выбрал не левый спокойный берег, а стал прижиматься к валунам, где течение яростно атаковало камни.

Шурик вместо того, чтобы слаженно направить байдарку вслед за ребятами, почему-то начал притормаживать, а потом и совсем бросил грести.

— Давай! — заорал Марк, чувствуя, как неустойчиво зарыскала байдарка. — Давай! Левой!

Он вдруг почувствовал, как днище ухнуло вниз, а потом снизу же как будто наподдали тяжелым и мягким молотом. Они взлетели на гребень, откуда хорошо стало видно все, что творится за пределами порога, а затем их снова бросило в образовавшееся между волнами пространство и накрыло водой.

Все произошло мгновенно, и те, кто говорят, что в таких случаях еще о чем-то успевают думать, скорее всего, принимают желаемое за действительное.

Мелькнули берег, деревья, камни, крутящаяся волна, и Марк вдруг ощутил себя в темной и обжигающе холодной глубине. Над головой пятном расплылся свет, и туда Марк рванулся изо всех сил. Он почувствовал, как вылетел на поверхность и тут же с ужасом осознал, что вынырнул под днищем байдарки.

Ударило еще раз, и Марк снова ушел в глубину, и снова рванулся вверх. На этот раз он вынырнул правильно. Рядом, как поплавок подскакивала голова Шурика с выпученными и как будто белыми глазами. Тащило и крутило так, что невозможно было понять, что происходит на самом деле и правильно оценить обстановку.

Днище байдарки вдруг очутилось на расстоянии руки, и Марк схватился за край лодки, и в тот же момент в другой борт вцепился Шурик.

Все было поглощено одной стихией — стихией воды. Непроизвольно Марк и подчинялся и боролся с ней, стараясь не потерять байдарку. Взлетев на очередной гребень, он увидел, как идущая впереди лодка развернулась на стремнине и остановилась на месте, удерживаемая бешеной работой весел, а их несет прямо на нее. И тут же борта байдарок соприкоснулись. Шурик сделал попытку ухватиться за весло Валентина, но тот заорал на него. Течение постепенно становилось все более спокойным. Затопленную байдарку ребята сумели оттеснить к берегу, и наконец Марк почувствовал под ногами дно.

Он не помнил, как выбрался на берег. В этом месте подъем был крут и, очевидно, надо было приложить немало усилий, чтобы взобраться наверх, но Марк не помнил — полз ли он по камням на животе или поднимался, цепляясь за кусты. Более-менее он пришел в себя уже тогда, когда жарко пылал костер, и Игорь совал ему в руку красный пластмассовый стаканчик с неразведенным спиртом. Шурик разделся, и на его очень белой коже отчетливо проступили все веснушки, как будто он в одно мгновение покрылся болезненной сыпью.

— Лихо, — только и сказал Валентин. Вид у него был испуганный. — Зачем же вы поперлись влево, неужели не видели, где мы прошли?