Книга Без шансов уцелеть, страница 37 – Юнь Хуянь

Статья Хао Вэньчжана имела эффект урагана – все ведущие СМИ страны, обезумев, подхватили тему. 26 октября с утра до ночи телефоны в полицейском участке Хулинцзы, а вместе с ними мобильники Ли Кохая и Чу Тяньина буквально разрывались от звонков: журналистов волновало два вопроса – фигурирует ли в деле настоящая закрытая комната и правда ли, что внутри нашли зеркало пяти элементов. На все расспросы Чу Тяньин и остальные сотрудники отвечали одинаково: «Без комментариев».

На какое-то время общественное мнение взорвалось и зашумело, но спецгруппа по «Делу о массовом убийстве 24 октября» показывала поразительное хладнокровие и сдержанность: больше никаких сведений о расследовании не публиковали, а доступ к гостинице «Хупаньлоу» закрыли для посторонних. Несмотря на то что крупнейшие сайты страны создали специальные разделы, посвященные этому громкому делу, ценная информация там почти отсутствовала.

Го Сяофэнь исполнилось двадцать четыре, и хотя работала она всего два года, в профессиональной среде уже успела обрести известность. Девушка не только в одиночку осветила несколько крупных уголовных дел, но и благодаря своей наблюдательности часто включала в подготовленные материалы собственные рассуждения и догадки – бывало, что именно они указывали запутавшимся следователям нужный выход и помогали раскрыть дело. Нетрудно представить, что ее интерес к этому делу был куда сильнее, чем у других репортеров. И потому, как только редактор рубрики «Жизнь» в «Вестнике права» получил приглашение от компании «Цзяньи» на пресс-конференцию, он без колебаний переслал его Го Сяофэнь.

Пресс-конференцию устроили в конференц-зале отеля «Ханьно» на третьем этаже, Го Сяофэнь пришла пораньше и заказала себе в кафе на первом этаже порцию холодного десерта из красной фасоли.

Она посмотрела в панорамное окно и на противоположной стороне улицы у здания «Цзяньи», где располагался головной офис компании, заметила толпу седовласых стариков. Они были взбудоражены, что-то кричали и, казалось, пытались прорваться внутрь. С десяток охранников в серой униформе, выстроившись стеной, встречали волну, точно крепкая дамба. Долгое время шло противостояние: одни рвались внутрь, другие преграждали путь, пока, наконец, обе стороны не сомкнулись в тесный клубок.

«Что им там понадобилось?» – недоумевала Го Сяофэнь. Она проверила время на телефоне – пресс-конференция должна была вот-вот начаться, – поспешно убрала ноутбук в сумку и устремилась к лифту.

Третий этаж, конференц-зал.

В зале уже собралась толпа репортеров: одни, устроив на коленях ноутбуки, просматривали ленты новостей, другие возились с диктофонами, а третьи настраивали камеры. На лицах не было ни напряжения, ни ожидания – лишь ленивое безразличие; две журналистки постоянно хихикали и перешептывались, оттого скорее казались гостьями модного показа, а не пресс-конференции. Сколько ни всматривалась, Го Сяофэнь видела только незнакомые лица и не встретила ни одного коллегу по правовой хронике.

Прикинув, она поняла: на встречу позвали в первую очередь репортеров из сферы медицины и здравоохранения, и, похоже, она была единственной представительницей криминальной хроники в зале.

Стройной вереницей вошли люди в черных костюмах и заняли места за столом прямо напротив прессы. В ту же секунду комнату осветили ослепительные всполохи вспышек. Одна женщина поднялась, взгляд потуплен, голос сиплый и глухой: