Книга Возврату не подлежит, или Дракон для попаданки, страница 65 – Лана Морриган, Ольга Кабацкая

— Да, — с готовностью отозвался я. — Его величество лично просил всё передать истинной паре лорда Скалистого.

— Родственников у него всё равно нет, — покачал головой распорядитель, убирая папку. — Хоть кто-то будет его оплакивать. Жалко девчушку. Красивая.

— Вы ее видели? — с интересом уточнил я, изо всех сил сдерживая готового сорваться дракона.

— Не я лично, — понизил голос до доверительного шёпота распорядитель. — Но один надёжный источник рассказал, что девушка была безутешна. Представляете, требовала у короля предъявить ей тело! Отказывалась верить.

— Какая непростительная дерзость, — протянул я, деланно ужасаясь. — У самого его величества? Требовала?

— Говорят, даже угрожала, — с готовностью продолжил он. — Трясла браслетом… бедняжка. Чем закончилось, не знаю, но поговаривают, что просьбу её всё же исполнили и…

— Секунду, — остановил я речь распорядителя, делая вид, что отвлекаюсь на артефакт связи. — Работа, — извинительно улыбнулся я, беря один из камней.

— Понимаю, понимаю, — решил закончить беседу распорядитель, окидывая взглядом помещение. — И поздравляю с назначением. Старый начальник архива мне не нравился. Не любил по-мужски посекретничать.

— По тому его и убрали, — отозвался я, демонстрируя артефакт. — На заслуженный отдых. Всего вам доброго.

— И вам.

По мере того, как распорядитель покидал кабинет, моя улыбка превратилась в угрожающий оскал.

По-мужски посекретничать. Такое обозначение сплетен я слышал впервые.

Отбросив артефакт на стол, я поднялся на ноги и подошёл к окну.

Моё назначение на роль начальника архива было ожидаемо. Всё же, Балливар знал, кто я. И держал данное мне слово отпустить. Как главу тайной канцелярии. Бросить службу полностью было бы выше моих сил, это понимали мы оба, хоть и не обсуждали никогда. А здесь… я мог действовать тихо, незаметно и быстро.

Всё же, вся документация королевства проходит через меня.

Будь то служебные переписки или дела простых подданных королевства.

А как обрадовалась моему назначению матушка… тут и говорить не о чем. Все мои отлучки, отъезды, «командировки» и прочее – она приняла за ту самую работу, которую оценили и заметили.

Мне же для счастья требовалось иное.

— Потерпи ещё немного, — прошептал я, шумно втянув носом.

Я не знал, к кому больше обращаюсь. К себе или к Станиславе.

В течении часа она получит моё письмо. Станет ли она читать его сразу? Или позже, когда останется одна?

Я не знал.

Сейчас я был уверен лишь в одном. Как бы сильно Станислава не обрадовалась моему воскрешению, убить меня по-настоящему она обязательно постарается.

— Да что же это такое? Ну, что такое, а?! — Анфиса сидела рядом и с жутким упорством пыталась соединить две части браслета. — Не выходит. Ну, не выходит почему-то, моя булочка, — она посмотрела на меня и продолжила. — Мы его починим. Я тебе точно говорю. Ты же мне веришь?

— Верю, — ответила я безжизненным голосом.

— О, карамелечка, как мне жаль. Как мне жаль, — зверушка забросила бесполезное занятие, шмыгнула носом и плюхнулась ко мне под бок, положив голову на сгиб локтя. — Я не верю, что мой кексичек…

— Вы все поверили, — произнесла я зло. — Все поверили в то, что Айзек погиб.

— Ну-у-у, — Анфиса повернулась по мне лицом и растерла копытцем нос. — Его высочество сказал…