Книга Свет мой, страница 59 – Галина Осень

— Правда, дочка? – Кирилл резко повернулся к ней.

Правда, пап, я случайно её записку с признанием обнаружила под фотографиями.

— Вот как судьба распорядилась, – Кирилл сел на диван. – Я ведь сначала с Машей познакомился. Но не думал, что она на меня внимания обратит. Она постарше была, серьёзная такая, умная. А Анна весёлая была, заводная… Ошибся я выходит, – Кирилл склонил голову.

Послышался звук хлопнувшей двери и звонкий Дашкин голос:

— Мы приехали!

— Дима! – Поля выскочила навстречу жениху. – Дима, мы уезжаем домой! Срочно!

— Как, даже чаю не попьём? – пошутил Дмитрий, но заметив серьёзный взволнованный вид Поли, посерьезнел: – Как скажешь, дорогая, машина на ходу, и мы с Дарьей уже готовы.

— А ёлка? – захлопала глазами девчушка.

— А ёлку мы дома нарядим с дедом! – убедила дочку Полина. – Дим, помоги вещи вынести, я уже всё упаковала.

— Слушаю и повинуюсь, – попытался разрядить обстановку Дима, ещё не зная, что здесь произошло.

Анна и Мария засели в своих комнатах и не выходили из них. Мария надела наушники и уткнулась в ноутбук, не чувству за собой никакой вины. А Анна стояла под дверью и жадно прислушивалась к разговору, пытаясь понять насколько оскорблён и обижен Кирилл их признанием и стоит ли ей ждать быстрого примирения.

Кирилл бодрился, но было видно, что ему нелегко.

— Пап, может, к врачу? – тревожилась Поля.

— Нет, всё нормально, дочь, я в порядке.

Даша с Полиной сели в машину к Диме, Кирилл завёл свой уазик. Две машины выехали в сторону Н-ска, на ночь глядя.

— Поль, что у вас случилось? – осторожно спросил Дмитрий, убедившись, что Дашка на заднем сиденье уснула.

— Скандал, – тяжело вздохнула Полина. – мать призналась, что Маша не папина дочь. И ещё призналась, что специально отбила папу у старшей сестры назло ей. Папа не смог с ними оставаться, и я позвала его к нам.

— Правильно сделала, – согласился Дмитрий. – Вот не зря мне казалось, что вы неродные.

— Но по матери всё равно сёстры, – Поля потёрла побледневшие щёки. – Папку жалко, такой удар принял. Ведь он доверял матери всегда. Ворчал иногда на её закидоны, но никогда не обижал. А тут такое!

Дальше ехали молча. Полина думала об отце, его здоровье и передаче ему тёти Машиной квартиры. Это было бы справедливо. А с работой отец сам решит. Пенсия у него неплохая, как у военного пенсионера, однако лет всего пятьдесят два. Наверняка не сможет дома сидеть. Пусть. Его дело. А они с Дашкой перейдут в новую квартиру, пока с Димой не поженятся. «Ох, – оборвала себя Поля. – размечталась».

Дима думал о том, что судьба бывает жестока. Он помнил родителей Поли смутно. Видел их на свадьбе Поли и Руслана. И уже тогда ему показалось, что между ними нет тепла. Но, что в отношениях будущих родственников такая пропасть, он и представить не мог. И, да, он был согласен с Кириллом, что прощать двадцатилетнее предательство нельзя. Это чёрная подлость, она не забывается.

Кирилл ехал за машиной Дмитрия и старался не думать о жене и младшей дочери. Его оскорбила и унизила вся эта ситуация. Внезапное прозрение оказалось тяжёлым ударом. Двадцать лет он воспитывал чужого ребёнка! Тридцать лет без малого жена нагло врала ему! И это его семья! Пиз-ц! И он сам во всём виноват: не ту выбрал. Так что Анна и её дочь – это его бумеранг за предательство Марии. Но прощать этих ведьм он всё равно не собирается, даже осознавая свою вину. Никогда!