Книга Шаг в новый мир, страница 98 – Галина Осень

Наконец, впереди показались юрты. (Ровно такие же я видела в этномузее в Казахстане. Говорили, что в отдалённых районах, чабаны до сих пор живут в юртах). Юрты стояли полукругом, образуя небольшую площадь с открытым проходом в степь. В центре площади был вкопан высокий столб, на макушке которого покачивались перья степного орла.

Нас с Прохором подвели к столбу, причём Прохору явно оказывали уважение, видимо из-за того, что не просил поблажки. Рядом остались двое воинов. Все остальные куда-то пропали. Зато площадь моментально наполнилась женщинами, детьми, стариками. Сначала они просто разглядывали нас. Потом начали переговариваться. Потом в нас полетели насмешки и подначки. Не знаю как Прохор, но я уже еле сдерживалась, чтобы не ответить. Поскольку. руки у нас были связаны, Прохор придвинулся ко мне и успокаивающе тронул меня плечом.

— Девка мала больно. И тоща. Какая из неё жена? — раздался скептический женский голос.

— А-ха-ха, Унгалу пойдёт! У него никакой нет. — ответил на это мужской старческий.

— Чего это Унгалу?! И Ришу пойдёт! — визгливо вступил ещё один женский. — У него тоже нет.

— И у Карога нет!

— И у Ивара!

Кажется, сейчас начнётся свара, подумала я, и взглянула на Прохора. Глаза его метали молнии, а руки сжимались в кулаки. Видно было, что только огромным усилием воли он сдерживает себя. А шум вокруг всё нарастал. Ребятишки тоже осмелели. Они подбегали к нам и трогали одежду, шпагу Прохора, которую у него даже не подумали забрать. Девочки уже трогали мои косы. (У меня волосы до плеч, но в обычные дни я предпочитаю не причёски, а простые косы, которые заплетаю и закрепляю на голове разными фигурами).

Но вдруг наступила тишина и народ разошёлся, образуя широкий проход к столбу. По нему к нам подошли несколько мужчин, видимо вождей этого рода. Впереди стояли два старика, но каких разных. Один — явно бывший воин: высокий, ещё статный, с лицом изрезанным морщинами и шрамами. Властный, но немного медлительный. На нём не было никаких, привычных оркам, украшений. Только короткий меч в боковых ножнах. Второй — немного ниже (невысоких орков я не увидела), очень худощавый, но с перевитыми жгутами мышц. С распахнутой, несмотря на морозец, рубахой и болтающимися на шнурке костями животных. Его лицо, тоже испещрённое морщинами, светилось улыбкой.

Шаман, подумала я. Он подошёл к нам и начал двигаться вокруг нас, позвякивая колокольчиком и бубня какие-то мантры. Все остальные внимательно наблюдали за его действиями. Наконец, он остановился напротив нас и, повернувшись к старому вождю, сказал:

— Они чисты. Зла в них нет. Мужчина — местный. Женщина — чужая в этом мире. Они пара. Но, женщина ещё не знала мужской любви.

Ого! Этак про меня всю подноготную расскажут. Я возмущённо фыркнула. Шаман даже ухом не повёл и продолжил. Мужчина — сильный воин. Женщина — сильная магиня. Подойдёт для вождя. И он, склонив голову, отошёл в сторону, открывая нас вождям.

Они подошли ближе и старый вождь заметил, обращаясь к Прохору: — Я понимаю тебя, чужак. Такую птичку хочется беречь. Но, теперь это не твоя забота.

— Почему? — Прохор шагнул вперёд, насколько позволил аркан.

— Потому что в степи нет ничего твоего, чужак. А за эту птичку будут биться лучшие воины моего рода. Я не хочу обижать никого. И мой сын примет участие в боях наравне со всеми.