Книга Остаётся только надежда, страница 48 – Галина Осень

— Ради сына? – тихо пробормотала поражённая Рита. – Но ему уже двадцать пять?! И пусть восстанавливает, - не унималась её обида. – А то «доброе утро», «спокойной ночи»! Благожелатель чёртов! Вам, Ярослав Владимирович, может, и доброе, а мне так себе.

Выплеснув раздражение, Рита приказала себе забыть про гендира. Своих проблем хватало. Но где-то там, глубоко в душе, вздрогнул и замер крохотный росток надежды – надежды на возможное счастье, которая опять оказалась ложной… Опять… Вовремя раздался звонок сына.

— Мам, я подъеду вечером, - не спрашивая, а предупреждая известил он.

— Конечно, сын, приезжай.

Короткий звонок пробудил много мыслей, но уже совсем не связанных с Ярославом. Как Рита и предполагала, Марина – подруга Сергея, ушла от него после Рождества. Обиделась на скромные подарки. Почему-то девчонки в двадцать лет бывают часто гораздо практичнее и расчётливее своих сверстников. Хотя у Сергея уже была своя небольшая фирма, и он жил самостоятельно, но обычной бытовой и житейской практичностью совершенно не обладал. За Мариной ухаживал как за куколкой и не замечал её меркантильности.

Рите было жалко сына. Она боялась, что он начнёт переживать и, не дай бог, потянется к спиртному или ещё чему похуже, но сын, если и страдал, то про себя, молча. И на первый взгляд его жизнь не изменилась. И вот попросился к ней. Это хорошо.

— Сынок, прости, что спрашиваю, но что у вас с Мариной? Она не вернётся? – осторожно спросила Рита, когда после ужина они разместились в гостиной.

— Нет, - резко ответил Сергей. – Марине нужен богатый папик или сын миллионера, а я обеспечивать её запросы пока не могу.

— Ну, и ладно, - погладила его по плечу Рита. – Если человек ушёл от тебя, значит, это не твой человек.

— Ты поэтому отца не прощаешь? Считаешь, он не твой? А как же вы поженились? – с вызовом спросил Сергей. Он до сих пор обижался на Риту за развод, но уже помалкивал об этом. И вот подвернулось к слову.

— А ты считаешь, что я его простить и пожалеть должна? Человека, который изменил мне не раз?! Погладить по головке, дать конфетку и поверить, что он больше не будет?! – Рита напряжённо застыла, сдерживая негодование.

— Мам, ну что ты преувеличиваешь?! И ты, и мы прекрасно знаем, как отец любит тебя, - примирительно начал сын. – Да все вас считали идеальной парой! Откуда вообще эта Милена взялась на нашу голову?!

— Действительно, - с сарказмом заметила Рита. – Откуда такая наглая: взяла и пришла прямо к жене любовника и завила, что беременна. Вот зараза!

В комнате повисла звенящая тишина. Казалось, ещё слово, и они поссорятся. Сергей, наверное, понял, что сморозил что-то не то. Через паузу он подошёл к матери и, обняв её за плечи, прошептал:

— Прости, мам, дурак я. Просто жалко вас обоих. А теперь и сам понимаю, как это – оказаться брошенным и ненужным. Отец вон вообще отощал, оброс, ходит в камуфляже, а раньше только костюмы признавал… Прости, мам, тебя тоже жалко. Потухла вся, слишком серьёзная стала. И, мам, я видел тебя с каким-то богатым перцем на машине. Не ведись, пожалуйста. Мы, мужики, если глаз зацепил, будем преследовать добычу. Но тот богач не для тебя, мам. У них свой круг.

— Спасибо за беспокойство, сын. Из опыта делишься?

— Из него родимого, - впервые улыбнулся сын.