Онлайн книга «Юркины бумеранги»
|
— Значит, у нас есть один день, чтобы спасти бумбурука, — сказал Алан. — Ночь и день, — поправил Санди. Надо выезжать немедленно! Бумбуруки у пещеры одобрительно зашумели: слух у них был превосходный! — А какой у нас план? — спросил Диего Санди. — А план у нас такой… — Ах, ваше высочество! Как же вы так взяли и ушли? Да его величество весь город на ноги подняли, когда вы не вышли к ужину! — укрывая принцессу Луизу одеялом, говорила няня. — Ну разве можно вам гулять по городу! До темноты! Ночью! В городе так неспокойно, всюду эти разбойники, грабят, убивают… — Не говори, чего не знаешь! — вспыхнула принцесса Луиза. — Его величество так расстроились, что слегли с температурой и даже не пошли допрашивать этого карлика из Леса! — Вот как? — как можно равнодушнее сказала Луиза. — Кто же ведет допрос этого несчастного? — Ах, доброе у вас сердечко, всех-то вам жалко… Но ведь он разбойник, да к тому же такой урод! Что они сделали с принцем Охламонусом! Луиза не сдержала улыбку, но няня укоризненно покачала головой: — Негоже смеяться над женихом, ваше высочество, ведь вам с ним всю жизнь жить! — Вот еще! — рассердилась Луиза. — Да я лучше уйду в Заколдованный Лес, чем… — Тише, тише, что вы! Разве можно такое говорить? Его величество поручили Казан Буку допрашивать карлика, а уж этот вызнает у разбойника все, даже если для этого понадобится вытрясти из него душу… Хотя какая у него может быть душа, прости господи! Луизу передернуло. Она вырвала из няниных рук расческу и сказала: — Уйди, я сама усну. И не вздумай меня стеречь! — Так его величество приказали… — Уйди, няня, уйди, я устала! Я никуда не денусь! И Луиза, притворно зевнув, устроилась на кровати. Но как только за няней закрылась дверь, она вскочила и бросилась к книжному шкафу. В нем была потайная дверца в подземелье, и там ждали принцессу ее новые друзья. — Саня! Домой! Санди замер, вскинув меч над головой. — Ну вот… как всегда! — вспыхнул Сашка и опустил меч. — Поиграть не дадут. 8 Дома восторженную Петьку встретили тяжелым молчанием. Галчонок смотрела на сестру устрашающе-круглыми глазами. В Петькино сердце прокралось тревожное предчувствие. Все домашние собрались в большой комнате. Ирина с Иваном застыли на пороге в одинаковых позах: прислонившись к косяку и сложив руки на груди. Мама устало опустилась в кресло. Галка устроилась на его подлокотнике, положив светлую головку на мамино плечо. Бабушка с чашечкой кофе села в другое кресло (взгляд осуждающий). Дед с папой переглядывались, стоя у книжного шкафа. Папа выглядел очень сердитым, а дедушка — растерянным. Оценив обстановку и почувствовав угрозу, Петька хотела укрыться в детской, но тут папа громко позвал: — Вета! Она чертыхнулась шепотом и, состроив невинную рожицу, остановилась. Папа посмотрел на деда. Тот кашлянул, потер ладони, суетливо снял очки. — Скажи-ка мне, Лизок, где наш обогреватель? — спросил он. — И гитара, — добавил Иван. — И гитара, — согласился дедушка. Петька опустила глаза. Это был знак признания своей вины — сигнал для того, чтобы начать Петьку ругать. И все начали. Солировал сначала папа, изредка прерываемый Ириниными замечаниями, потом его сменили бабушка и Иван, потом дед и даже мама. Петька стояла, опустив голову и глотая горькие слезы вины и стыда. Правда, как она могла забыть, что это любимый дедушкин обогреватель и что зимой около него так чудесно читать интересные книжки! А гитара! Конечно же она знала, что это бабушкина гитара, что ей полвека и Иван на ней играет смешные студенческие песни! |