Книга Вторичка, страница 60 – Эра Думер

— Я потратил много сил и времени, чтобы собрать по крупицам биографию Двуликого. Считай это делом моей жизни – я одержим идеей понять, почему он так по-скотски поступил со мной, каким призраком прошлого гоним, чем травмирован. И, поверь, консультант, в свете его истории я удивлен, почему Янус до сих пор работает в Агентстве, а не пускает слюну в психиатрических санаториях Галь-Рея^[19], – голос Чернобога сочился презрением, а единственный глаз сузился до щелочки. – Особо любопытные и переломные моменты жизни Януса записаны на визуальный транслятор, – бог постучал черным лакированным ногтем по коробочке. – Открой, когда убедишься, что ты одна и располагаешь свободным временем. Ты увидишь правду своими глазами. Он адаптирован под человеческие знания – я закачал внутрь подборку сносок к терминам на основе данных из АКАШИ, аналога вашей Глобальной Сети. Наверняка ты уже слышала рекламу санатория Галь-Рея в своей голове – я тестировал специальные возможности устройства.

Проморгавшись от голоса уведомления в голове, который сулил мне и Галь-Рея, и галоперидол, покачала футляр на двух пальцах. Невесомый. Поднявшись, задрала голову, чтобы заглянуть Ворону в лицо, и спросила:

— Как мне убедиться в подлинности записи? Ты – мастер ментальных воздействий. Прости мою подозрительность, сам понимаешь, вовлечение обычного человека в конфликт богов – по всем фронтам сомнительная затея.

Чернобог ответил без колебаний:

— Никак. Ты можешь поверить мне на слово. Я не смог бы смонтировать интерактивный фильм, так как на Инитии на это способны студии с продюсерской поддержкой, профессиональными актерами, съемочной группой на дорогостоящей технике последнего поколения. Носители, что ты держишь в руках, запрещены во многих цивилизованных мирах как инструмент шпионажа.

Я покрутила коробочку из мутного пластика.

— На них записываются реальные события, – продолжил Ворон. – Зритель наблюдает их как невидимый свидетель.

«Ну, хотя бы на Яна в детстве посмотрю, – подумала я с любопытством. – В принципе, инитийские технологии смахивают на наши».

— Допустим, – сказала я и протянула ладонь. – Уговор: если в досье не будет убедительных аргументов, выхожу из игры. В случае, если узнаю, что Яну грозит реальная опасность, раскрою тебя. До тех пор придерживаюсь нейтрала.

Чернобог молча пожал мне руку. У него была теплая кожа, хотя выглядел Кощей как типичная костлявая смерть, если бы она была поджарым красавчиком, жила в степи и практиковала шаманизм. Я поблагодарила Ворона:

— Спасибо. Из Яна клещами ни слова не вытянешь.

Чернобог криво улыбнулся:

— У Януса есть на то весомые причины. Я тоже был его консультантом, как ты.

Не успела я порядком офигеть, как услышала знакомый голос:

— Иголочка, подарками разбрасываешься?

Я застыла. Ян стоял прямо за спиной Кощея и перекатывал между пальцев значок футбольного клуба, который был, как мне казалось, надежно спрятан в Испании. Я выпучилась на сообщника, он зашел ко мне за спину и наклонился над плечом:

— Не смотри на меня, консультант. Янус не видит ни квартиры, ни меня. Сейчас ты стоишь… – бог осмотрелся. – У окна на этаже одной из четырех башен собора. Шаг назад – ты упираешься в перила винтовой лестницы. Впереди Янус, присевший на подоконник. Оконце без стекла, решетки распахнуты. Скажи, что потеряла значок. Он ждет ответ.