Книга Жрец со щитом – царь на щите, страница 24 – Эра Думер

— Ливий, что ты творишь?

— Орк бы простил меня, Луциан. – Ритуальный кинжал, предназначенный агнцу, выскользнул из одежд, угодив в ладонь. Так он ещё и вооружён! Ливий выставил тонкий нож, крепко сжав резную рукоять, и улыбнулся мне: – А Лаверна^[7] – нет.

С кличем, сбившим с толку врага, Ливий бросился на неё. Он повалил деву в воду и прижал заточенное лезвие к горлу. Огонь погас – Ливий зафиксировал руки девы коленями и содрал с неё маску. Он пресекал слабые попытки вырваться.

Изогнув в удивлении бровь, я оглядел блаженное лицо друга, любовавшегося маской на ладони. Он разве что в губы с ней не целовался, упиваясь медным блеском.

После мой взор опустился на лицо девы – и изо рта вырвался вздох: хмурое лицо, надутые губы цвета молодой вишни, аквамариновые глаза и размётанные по воде канаты светлых волос.

— Весталка?

— Я заговорю только после того, как твой подельник прекратит нарушать священный обет и соблазнять весталку! – воскликнула разрумяненная жрица. Она засучила ногами и руками, расплескав вокруг россыпь брызг. – Слезь с меня, изврат!

— Успокойся! – Очнувшийся от наваждения Ливий, прикрылся маской от капель. Он попытался перекричать весталку: – Я не пытаюсь тебя соблазнить, дура! Ты хотела нас убить, и я остановил тебя!

— Ага, а это у тебя клинок, хочешь мне сказать? – Дева вильнула бёдрами, чтобы спихнуть с себя Ливия. У меня вытянулось лицо от удивления. – Тоже мне, благочестивый Царь священнодействий.

Между тем фраза, которую произнёс раскрасневшийся Ливий, во сто крат усилила всеобщее смятение:

— Я возбуждаюсь от воровства, а не от насилия, испорченная ты девка! – Он надавил лезвием кинжала на её шею. – Я не выпущу тебя, пока не объяснишь, зачем напала на нас.

— Ты – шкатулка сюрпризов, Ливий Туций Дион, – присвистнул я, глядя на его румяный затылок. – А ты, весталка-вакханка, тоже не так проста. Давай говори, зачем швырялась огненными шарами?

— Я не собираюсь отвечать на расспросы, пока его штукаупирается в меня. – Весталка отвернула голову, обнажая и демонстративно подставляя шею под нож. – Предпочту смерть бесчестью.

— Ты меня не интересуешь, понятно? – Ливий охладил правую щеку маской. Он потёрся о неё, словно ласковый кот, и блаженно улыбнулся. Взглянув на лицо весталки, хмуро добавил: – Это мощнейшая реликвия, – он вновь улыбнулся в «лицо» маске, – сомнений нет.

Весталка скривила губы.

— Венера наградила меня чрезмерной привлекательностью, упрямый осёл, – возмутилась она и ошпарила Ливия взглядом. – Это моё проклятие. Я источаю что-то вроде афродизиака – и мужи вокруг сходят с ума. Из-за чего мать с отцом отдали меня на попечение весталкам… с юного возраста. – Она отвела взгляд, и с её ресницы сорвалась слезинка. Весталка моментально стёрла её. – Я через многое прошла, чтобы так просто сдаться двум дуракам.

Похлопав себя по щекам, я решительно подошёл к Ливию и коснулся его плеча. Он с неуверенностью убрал кинжал от горла девы и, перекинувшись со мной многозначительным взглядом, всё-таки ушёл. Я поднял весталку – тонкая и лёгкая, она вспорхнула, точно те воробьи в фонтане, и отжала края сто́лы.

Встав между двумя, я расставил руки, точно спортивный судья, и приложил палец к губам. Ливий показал на весталку:

— Она же сбежит.

Я шикнул на него. Как по команде, вступила дева: