Книга Величие. Книга 1, страница 44 – Мария Тиамат

— Оу… – Ярко-зелёные глаза Шиа сощурились совсем как у Въенгра. – Весомый аргумент. В таком случае я никак не могу тебе отказать!

Арестея радостно улыбнулась.

Шиа звонко рассмеялась, быстрым движением оборачивая фенечку вокруг запястья. Арестея помогла её застегнуть, а затем потянулась навстречу, раскрывая объятья. Действовать приходилось наполовину на ощупь, и от этого движения замедлились. Их тела сблизились – нежно и осторожно, чуть освещаемые серым призрачным светом. В неподвижности ночи все ощущения казались ярче и значительнее. Затем эльфийки вновь улеглись на мох, любуясь мерцающими россыпями звёзд, и в этот момент Въенгр издал протяжный, уходящий в бездонную вышину вой. Ему откликнулись десятки других голосов, подхватывая выпестованную ещё до прихода эльфов песню. Она наполняла сердце безмятежностью и убаюкивала, и оттого казалось, что и весь мир вокруг – такой же величественный и чарующий, как призрачный лунный свет.

— Сестрёнка, я дома!

Рассвет Шиа проспала под тёплым боком Въенгра. А после он вернул её в пригород, откуда эльфийка уже отправилась к сёстрам. Она изредка бывала у них во время учёбы, но возможностей для этого выдавалось немного. Жизнь воспитанников подчинялась жёсткому регламенту, и практически всем необходимым их снабжала академия. То, чего не хватало, с лихвой окупали располагающиеся вокруг магазинчики и стипендия – при должном уровне успеваемости. Шиа свою стипендию откладывала: родители её никогда не бедствовали, магический ремесленник – профессия уважаемая. Но дочерей у них было трое, и каждой доставалось уже по чуть-чуть. А планы Шиа строила большие и постепенно приучилась экономить, тратя лишь то, что иногда присылали из дома. Вчерашний завтрак был, по сути своей, роскошью.

Теперь же до осени она собиралась пожить у сестёр. Вдвоём Геасфель и Рогеаль удавалось снимать крохотный домик, а не квартиру в многоэтажном улье. Жилище было совсем небольшим – сложенное из крупных голубовато-белых камней, ассиметричное, с клумбой под лицевыми окнами и небольшим палисадником позади. Комнаты в нём теснились, будто налезали одна на другую, но Геасфель выбрала его из-за высокой сплошной ограды, которая не позволяла безнаказанно заглядывать внутрь из праздного любопытства. Объясняла она это тем, что очень переживала за свои цветы, и в это легко верилось: искусно высаженные узоры из петуний, анемонов, ноготков, фиалок и прочих видов растительности были её страстью. Геасфель умела заставить суккулент зацвести, не используя никакой магии, кроме заботы и доброты, и весь дом был также уставлен горшками со всевозможными растениями – настоящая благоухающая оранжерея.

Вскоре, правда, с ней придётся расстаться: Геасфель получила назначение в заграничное консульство и должна была уехать из страны в начале осени. А Рогеаль не сможет в одиночку оплачивать целый дом. Придётся отдать его кому-то другому. Шиа это вполне устраивало: делить крышу со средней сестрой она ни за что не согласится, а к концу лета и сама определится с дальнейшей службой. В том, что ей удастся получить хорошее место, эльфийка не сомневалась: академия служила отличным трамплином в престижной карьере, недаром в неё было так трудно попасть.

До дома она добралась только во второй половине дня. Стояла жара – ослепительно-белая, раскалённая, как всегда на юге, сопровождаемая громким треском цикад, и Шиа с наслаждением приложилась на кухне к графину с холодной водой, затем ополоснула лицо от пыли. Из волос с шуршанием выпал смятый цветок. Шиа подняла его – он всё ещё хранил запах земли, предрассветной росы и Арестеи – и не глядя выбросила в окно. Расстегнула и сложила в поясную сумку фенечку.