Книга Фиалка для мажора, страница 86 – Карина Мин

— Любовь — это хорошо, Юль, дело молодое, но отчеты по магистрам сами себя не закроют. Так что включайся в работу.

Олег после короткого визита к дяде-декану уехал по делам своего стартапа, а мы зарылись в бумажную бюрократию. Ближе к обеду понедельника я окончательно въехала в рабочий ритм после нескольких жней отдыха подряд. На моем столе высилась высоченнаястопка незакрытых ведомостей магистров-первокурсников, в которых нужно было вручную сверять часы.

К концу рабочего дня голова буквально раскалывалась от цифр, но стоило мне выйти из корпуса, как у крыльца я увидела Олега: он стоял у машины, прислонившись к капоту, и встретил меня голодным взглядом.

— Ты насовсем ко мне переезжаешь, Фиалка, — без лишних прелюдий заявил он, как только я села на пассажирское сиденье. — Заедем в твою общагу, заберем все необходимые вещи и документы.

Спорить с ним было бесполезно, да и, честно говоря, у меня не было ни малейшего желания возвращаться в тесную общажную комнатушку: мне хотелось наслаждаться временем, проведенным с Олегом, по максимуму, проводить с ним каждый вечер и каждое утро, и засыпать в его крепких объятиях.

За полчаса мы собрали два моих чемодана под удивленные, но радостные восклицания Светки, и под завистливые шепотки девчонок-соседок с других этажей загрузили все в багажник его машины и рванули обратно на Таганку.

А там… Там я даже не успела включить свет в прихожей.

Едва за нами с щелчком закрылась тяжелая дверь, как Олег мгновенно впечатал меня спиной в ее гладкую поверхность. Упали на пол ключи, пакеты с новой одеждой, но он даже не обратил на это внимания. Пальцы его левой руки мгновенно запутались в моих волосах, правая рука легла на мою поясницу, а телом он плотно прижался ко мне.

Я судорожно ахнула, чувствуя, как от его напора у меня подкашиваются коленки.

— У тебя же больше ничего не болит, Юль? — его голос сорвался на конце фразы. Он дышал мне прямо в губы, а его потемневшие глаза в полумраке прихожей казались абсолютно черными.

— Ничего... совсем ничего, — выдохнула я, сходя с ума от близости его тела и выгибаясь ему навстречу.

— Я рад. Потому что я весь день сходил с ума, представляя, как сорву с тебя всю одежду и зацелую каждый миллиметр твоего тела. Сегодня ночью я не дам тебе уснуть, Фиалка...

Я приготовилась к сумасшедшему порыву, но Романов вдруг замер, ласково коснувшись губами моего лба, и глубоко выдохнул.

— Но сначала пойдем поедим, — хрипло прошептал он прямо мне в губы, высвобождая меня из объятий. — А то я обещал восстанавливать твои силы, а не морить голодом после рабочего дня.

Я только теперь обратила внимание на то, что в квартире пахло просто изумительно: чем-то запечёным и... розами?

Олег взял меня за руку и повел в гостиную. Когда я шагнула через порог, у меня перехватило дыхание.

Вся гостиная преобразилась. Основной свет был выключен, а вдоль всей комнаты горели маленькие свечи в стеклянных подсвечниках, отбрасывая мягкие золотистые блики. На низком столике у ковра красовался огромный, пышный букет нежно-розовых пионовидных роз в высокой вазе, а дорожка из россыпи нежных лепестков вела прямо к нашему «гнезду» из подушек и уходила дальше в спальню.

На столе стояли деревянные подносы с аккуратными сетами суши, запеченных роллов с лососем и угрем, а рядом две глубокие тарелки с, предположительно, супом, от которого поднимался аппетитный пар.