Книга Любовь Адмирала, страница 57 – Иман Кальби

Каждый шаг- как по лезвию. Грудь спирает. Ступенька, вторая, знакомая обивка двери. Вот мы и на пороге. Роман не дает мне времени опомниться, нажимает на звонок- а я словно бы вылетела из своего тела и смотрю за происходящим со стороны. Слышу знакомую трель. Вижу, как поворачивается ручка. Замок почему-то не закрыт…

Бабушка стоит на пороге. Она бледная, хоть и держит лицо. Оглядывает нас хмуро. Внимательно. Задерживается глазами на наших руках, которые, оказывается, сплетены воедино.

-Проходите, вас ждут,- звучит ее сухой голос. Они уже в курсе? Как?

Когда мы попадаем в гостиную, внутри все напрягается еще сильнее. Даже не напрягается. Застывает, словно скованное льдом.

Потому что там не только дедушка, но и Демид со своим отцом.

-Это по- мужски, что ты сам пришел объясниться,- начинает Геннадий Викторович, -но не по-мужски, что уводишь женщину товарища.

-Аврора не собака, чтобы ее уводить,- отвечает Роман отцу Дёмы. А мне кажется, что я превратилась в песчинку сейчас. Что меня вовсе и нет. Здесь идет не просто разговор мужчин, здесь словно бы борьба энергетик, внутренней мощи. А я… И нет меня. Правда, когда отрываю, наконец, от пола глаза, вижу на себе недобрый, полный презрения, а может даже и ненависти взгляд Демида. Он усмехается и произносит одними губами «шлюха». А мне и голоса не нужно, чтобы безошибочно считать это оскорбление. Оно написано на его лице.

-Роман, ты что-то хотел сказать?- говорит дедушка, пожимая руку Роме.

-Да, Ефим Петрович. Я пришел говорить с Вами. Не хочу показаться невоспитанным, но полагаю, этот разговор касается не всех, кто здесь присутствует. Вы хозяин, конечно. Вам решать.

-Вот именно, Роман Алексеевич. Не тебе решать, кому здесь быть, а кому не стоит,- враждебно вклинилась бабушка.

-Галина, у тебя чайник кипит,- строго посмотрел на жену дедушка. Та хотела было что-то возразить, но не стала. Бросила на меня призывный взгляд.

-Я пойду бабушке помогу,- пропищала я.

-А ты останься, Аврора,- строго прервал меня дед,- тебя всё происходящее непосредственно касается. Роман прав в том, что ты не собака и не вещь. Не нам за тебя решать…

-Ефим Петрович, -игнорируя Демида с отцом, обратился Рома к дедушке,- я пришел говорить с Вами о женщине, которая хочет быть со мной. Я пришел к человеку, кто несет за нее ответственность. С Вами только я и хочу поговорить о наших дальнейших планах. У Вас попросить разрешения отныне взять заботу о ней на себя,- тут же перевел взгляд на Демида с отцом,- При всем уважении к Вам, Геннадий Викторович, и к Вам, Демид Геннадьевич, это дело вас не касается. Демид, с тобой мы тоже поговорим, но, полагаю, это место для этого не подходит. Готов буду это сделать сразу после разговора с дедушкой Авроры.

-А я не желаю с тобой разговаривать. Я невесте своей в глаза бесстыжие посмотреть хочу. Она мне ничего сказать не хочет?- тон Демида ожидаемо провокационный.

-Демид,- категорично встает впереди меня Роман, словно прикрывая меня,- она с тобой тоже обязательно поговорит, но только после того, как мы все проясним с людьми, которые действительно несут за нее ответственность. Кто действительно ее близкие. По- мужски могу тебе сказать, что насильно напялить кольцо молодой, растерянной от напора девочке еще не означает взять за нее ответственность. На этом я считаю тему закрытой. Пока закрытой. У тебя есть мой номер. Напишешь, куда и когда мне подойти, если еще остались вопросы к ней или ко мне.